Силовые действия полиции в ходе гражданской акции протеста против подорожания электроэнергии, кажется, обновили забытую, или отброшенную на второй план тему в Армении – силовой характер властей, репрессивный характер системы власти Армении, политика жесткой силы, которая на протяжении многих лет была единственным кредо правящей системы Армении.
В последние годы система, кажется, отказалась от этого кредо, от применения силы, и пыталась решить проблемы с помощью других инструментов. Почему вдруг происходит возвращение к «старому», или почему вдруг традиционное, которое было отброшено на второй план, выдвигается вперед. Для понимания этой ситуации, или максимального приближения к ней, стоит учитывать несколько событий, происходящих параллельно.
Серж Саргсян поехал на открытие нового здания для внутренних войск, и смотрел на их, так сказать, показательные упражнения, Роберт Кочарян дал интервью, и, по сути, выразил свою поддержку неправительственной четверке. Перед этим четверка представила 12 пунктов, а Серж Саргсян еще раньше отклонил применение этих пунктов. А в это время затягивалась перспектива вступления Армении в Евразийский союз.
Этот фактор мог иметь ключевое значение, поскольку у неправительственных сил могло создаваться впечатление, что членство Армении затягивается по причине недоверия России, или точнее, Путина к Сержу Саргсяну. Таким проявлением недоверия стало известное выступление Назарбаева на саммите в Астане, которое, согласно многим оценкам в Армении, не могло состояться без согласия Путина. Не исключено, что именно для этого власти, которые, кажется, с воодушевлением приняли 12 пунктов четверки, вдруг поменяли свое мнение, и Серж Саргсян в своем телевизионном интервью сказал, чтобы с ним не разговаривали таким образом.
Интересно, что Серж Саргсян об этом заговорил параллельно с визитом Лаврова в Баку, где на следующий день было заявлено, что вопрос Карабаха и членство Армении в Евразийском союзе не имеют отношения друг к другу. Это для Сержа Саргсяна сравнительно положительное событие, что, наверно, заставило его почувствовать самоуверенность, и внутри перейти, так сказать, к восстановлению потерянных позиций. Ужесточилась риторика в отношении требований четверки, а затем, также и параллельно с интервью Роберта Кочаряна, была применена сила на улице Сарьяна.
Этот протест против подорожания электроэнергии не был тем протестом, чтобы подавлять его такой силой. В Армении происходили более мощные акции, но такого давления не было. То есть, было очевидно, что Серж Саргсян хотел показать силу, чтобы доказать, что на самом деле вопрос недоверия Путина не стоит, и он, как и прежде, крепко владеет ситуацией. Проблема в том, что применение силы в Армении является своеобразным мессиджем, и не только в плане прочности позиций, но и в смысле получения «добра» от России. А мы знаем, какое жизненное «значение» имеет это «добро» в политическом поле Армении.
Если в Армении применяется сила, значит тот, кто применяет ее, имеет согласие властей России. Без этого в Армении не применяется сила. И если Серж Саргсян применяет силу, так сказать, «на ровном месте», значит, целью является всего лишь демонстрация поддержки России, что Россия позволила в случае необходимости сохранить власть силой. Причем, здесь следует обратить внимание на другое очень важное обстоятельство.
Несколько дней назад в Армении были содокладчики ПАСЕ по вопросам Армении, которые должны были представить новый доклад. И содокладчики в Армении подняли вопрос раскрытия 1-го Марта. И вот, на фоне озвучивания этого вопроса со стороны ПАСЕ, власти организуют демонстрацию силы на улице Сарьяна, что, по сути, также является мессиджем Европе, что упоминания о 1-ом Марте не испугают властей, и они до сих пор готовы в случае необходимости сохранить позиции даже ценой 1-го Марта.
Таким образом, прошедшие дни для общества стали лакмусовой бумагой в том плане, что система Армении, по сути, может изменить «макияж», но сущность не меняется. Следовательно, общество в деле борьбы против системы должно учитывать эти реалии, учитывать также и то, что, по сути, было мало изменений в геополитической конъюнктуре. Таким образом, в соотношении общество-правящая система Армении силовой баланс сохраняется, следовательно, если сохранится нынешняя динамика и методика общественной борьбы, то результатов, по сути, будет не больше, чем до сегодняшнего дня.
Более того, можно сказать, что в настоящее время от сопоставления внешних и внутренних политических событий, по сути, становятся ясными причины прошлой неэффективности, становится понятно, почему общество не достигло успеха несколько лет назад, когда несколько раз казалось, что удача очень близка.
