Собеседник Первого Информационного – полевой командир, ветеран, бывший депутат Национального Собрания Нагорно-Карабахской Республики Ваан Бадасян.
— Господин Бадасян, вице-спикер парламента Армении Эдуард Шармазанов по возвращению из Арцаха заявил, что необходимо перезаселить село Талыш. В прошлом власти в этом вопросе проявляли большую осторожность. С чем Вы это связываете, и к чему может привести перезаселение Талыша?
— Нужно не перезаселять Талыш, а взять назад потерянные позиции Талыша. От этого зависит безопасность не только Талыша, но и всех армян Арцаха. Фактически, мы были готовы уступить позиции, в результате чего должно было быть эвакуировано целое село – это во-первых. Кроме того, смотря как хотят перезаселить – взять территорию, назвать Талышем? Это будет большой ошибкой. А если хотят заселить на прежнем месте, оно очень уязвимо. Я соглашусь, когда чиновник, делающий подобное заявление, вместе со своей семьей поедет жить в месте, лучше всего просматриваемом противником, потом и остальные поедут жить рядом с ним.
— Вы отметили, что необходимо вернуть утерянные позиции, а не приведет ли это к еще большим потерям и опасностям?
— Проведу параллели. Когда в 1991 году война только начиналась, и мы вооружались, было очень трудно это сделать под носом у советский войск, многие из наших говорили, что не нужно вооружаться, мы еще больше приведем в ярость азербайджанцев, и они по отношению к нам будут более беспощадны. Но как вы считаете, если бы мы не вооружились, они бы нас пощадили? В 1915 году мы и вовсе не оказали никакого сопротивления, а как с нами поступили? Вырезали наш народ. И сейчас даже стыдно об этом говорить. Что нужно было делать, когда азербайджанцы из Шуши, Тоха, Ходжалу, из других населенных азербайджанцами сел стреляли в нас? Если бы мы их не уничтожили, если бы не выбили эти войска, что они бы сделали? Пощадили бы нас? Или когда стреляли из Физули, Агдама? Если бы мы не уничтожили эти огневые точки, что бы они сделали? Мы уничтожили, они зауважали нас. 18-летний солдат гибнет от выстрела снайпера, а мы не знаем, наша сторона на это отвечает или нет? Делают громогласные заявления – мол, на один ответим десятью, зачем нужен этот ответ, если наши солдаты гибнут? Мне не нужно, чтобы азербайджанские матери плакали, мне нужно, чтобы не плакали армянские матери. Поэтому существует только одно средство – найти и уничтожить те огневые точки, откуда работают снайперы. Чем? Да любой военной техникой, которая есть в нашем арсенале.
— В последние дни периодически нарастает напряженность на границе, делаются попытки диверсионного проникновения. Вы считаете вероятным возобновление широкомасштабных боевых действий?
— И да, и нет. Считаю вероятным только в том случае, если командование нашей армии не проявит воли. Если не даст адекватный ответ противнику, то он постоянно с воодушевлением будет вооружаться и будет считать, что в состоянии захватить весь Арцах, и нападет. А если получит реальный ответ, будет знать, что армянская сторона за жизнь каждого своего солдата готова бороться до конца – посредством сопредседателей Минской группы, дипломатическим, военным путем, то не нападет. В случае наличия достойной позиции всех нас будут уважать – и Азербайджан будет уважать и не начнет войну. В обратном случае война может возобновиться.
— Вы отметили «путем переговоров», однако в интервью российскому СМИ Алиев отметил, что максимальной уступкой с их стороны будет предоставление Арцаху статуса автономии. Что может сделать наша дипломатия на фоне этого заявления?
— Я убежден, что армянского дипкорпуса, как такового, не существует – хотя бы в Арцахском вопросе. Начиная с позорного подписания в 1994 году и до наших дней. Очень многое можно было сделать. Например, касательно 2 апреля: мы должны были мечтать, чтобы нам подвернулся такой случай. Конечно, мне очень жаль, что было столько жертв, у нас могли бы быть минимальные жертвы, однако 2 апреля было хорошим прологом для того, чтобы армянская дипломатия исправила свои ошибки. Армения должна была заявить, что Арцах является ее частью.
