Президент России Путин после встречи с Эрдоганом в Сочи заявил, что российско-турецкие отношения полностью восстановлены, в том числе и в сфере безопасности. Чего именно до этого не хватало для того, чтобы восстановление отношений назвать полноценным, и что добавил или восполнил Эрдоган в Сочи, конечно, трудно сказать, однако судя по историческим прецедентам, если российско-турецкое примирение полноценное, то это для армянства является причиной и основанием проявлять еще большую осторожность и бдительность.
Конечно, в настоящее время однозначно руководствоваться историческими прецедентами было бы неправильно, в современном мире, благодаря технологической революции царит совершенно иное соотношение сил, и в настоящее время расстояние – крайне относительное понятие, но в любом случае российско-турецкое полноценное примирение означает, что армянство также должно проявить полноценность по части своей бдительности. Тем более, когда Путин говорит о сфере безопасности.
Дело в том, что как минимум для Турции безопасность включает также и армянский вопрос. Армянский вопрос в свою очередь включает не только признание Геноцида, но также и ряд иных компонентов, в том числе Карабахский конфликт и вопрос армянской государственности вообще. Следовательно, можно представить, что именно ожидает Анкара от России по этой части, если примирение полноценно также с точки зрения и вопроса безопасности.
Сегодня в Москве с сопредседателями Минской группы ОБСЕ встретится министр иностранных дел Армении Эдвард Налбандян. Эта встреча, фактически, последует за встречей Путин-Эрдоган, в ходе которой русско-турецкое примирение обрело «полноценный» характер, в том числе и в сфере безопасности, и предшествует визиту Сержа Саргсяна в Москву и встрече с Путиным. По всей видимости, встреча Налбандяна с сопредседателями является так сказать своеобразным мостом или связующим звеном между встречами Путин-Эрдоган и Саргсян-Путин.
Весь вопрос, по всей вероятности, в том, что именно сопредседатели, то есть в данном случае двое из них – Франция и США, позволят провести по этому «мосту» или «звену», а что именно блокируют. И здесь дело вовсе не только в Карабахском вопросе.
В конце концов, в этом смысле Карабахский вопрос в российско-турецкой повестке – не единственный, который может касаться армянских интересов, быть в ареале интересов Армении. Не только Арцахским вопросом Армения должна является региональным актором и здесь, конечно, круг вопросов действительно широк, вплоть до границ соглашения Армения-ЕС. Причем, в нынешней ситуации в тактическом смысле этот вопрос может тревожить Турцию еще больше, и в этом вопросе Турция может лелеять в России надежды на более общие ожидания, нежели только в Карабахском вопросе – по ряду причин.
