Немногим ранее Серж Саргсян заявил о своей отставке.
Первый вице-премьер Карен Карапетян в последние дни, как это было заметно даже невооруженным глазом, стал основным игроком во власти, что уже дает повод для многослойных выводов.
Через час после сегодняшнего заявления Карена Карапетяна трое арестованных депутатов были освобождены: власти, по всей видимости, уже имели конкретную «дорожную карту» разрешения ситуации, и повестку политического диалога.
Новый диалог власть-оппозиция, пожалуй, не имеет альтернативы – тем более, после отставки Сержа Саргсяна и освобождения депутатов из-под ареста, и с учетом того факта, что оппозиция не может иметь более благоприятной отправной точки для того, чтобы пойти на переговоры. Продолжение волнений впредь не имеет политических, конституционных оснований.
Сегодня президент страны, премьер-министр, первый вице-премьер и председатель Национального Собрания, по всей видимости, пришли к более принципиальным и существенным соглашениям.
Уличные волнения как минимум изменили результаты парламентских выборов. Серж Саргсян де-юре ушел, потому что его премьерство отныне угрожало стабильности системы. Серж Саргсян принял разумное решение, поставив государственные интересы и политику выше своих личных амбиций.
Очевидно, что компромисс властей остановился на Карене Карапетяне, который в последние два дня затмил другие лица во власти, став главной фигурой в отношениях правительства с обществом и оппозицией.
В принципе оппозиция не может не принять это решение, потому что оно изначально ограничило себя лозунгом «Серж, уходи». Кроме того, любое другое требование оппозиции, например, выбор премьером кандидата с площади, является антиконституционным и аполитичным, пока формально не переписаны результаты парламентских выборов.
Конечно, самым глубинным разрешением кризиса является проведение внеочередных парламентских выборов. Но они не могут быть проведены немедленно, потому что страна должна в течение месяцев преодолеть, с одной стороны, последствия революционного пафоса, а с другой – демонтировать криминальную систему, которая может сделать напрасной любую политическую договоренность.
В любом случае, есть предпосылки предполагать, что политический компромисс находится на стадии становления, ожидая формальных решений в ближайшие часы. По крайней мере, никакого препятствия для политического компромисса больше нет.
