Освобожденный 23 года назад Шуши был не только важным и переломным эпизодом в ходе карабахской войны, и не только значимой победой в богатой сражениями истории армянского народа, но и вообще редким проявлением мысли, воли и поведения армянского народа. Неприступный на первый взгляд Шуши был освобожден благодаря этой воле, мышлению и самоотверженности.
Этот военный подвиг был прекрасным прецедентом не только для других военных успехов, но и для построения государственности в гражданской жизни, которое армянский народ был вынужден осуществлять параллельно с войной. В этом деле, к сожалению, Шуши не стал прецедентом, не стал примером подвига, не стал источником вдохновения. За Шуши последовали другие военные важные победы, и наконец, было достигнуто перемирие, но в последующем процессе построения государственности постепенно погасла связь с этими подвигами, и построение мира не стало продолжением победы в войне.
В ходе построения государственности армянский народ, лица и группы, взявшие на себя ответственность за это, по сути, никогда не ставили перед собой соответствующие освобождению Шуши цели и коллективные идеи, благодаря воле и мужеству не достигли реализации этих целей. Более того, на замену этого коллективизма пришла раздробленность, идеи заменили инстинкты, а волю – аппетит.
В праздничные дни не принято, пожалуй, делать такие размышления, но в настоящее время Армения и Карабах находятся в таком переломном и роковом периоде и ситуации, что рабочие размышления не должны прекращаться даже в праздничные дни, и не нужно прекращать называть вещи своими именами ни на минуту, и даже секунду. Перед Республикой Армения, перед обществом Армении поставлен императив – наконец-то поставить в деле мирного построения государственности равноценные освобождению Шуши цели и идеи, а также волю и смелость, чтобы достичь этих целей.
В настоящее время перед Арменией, возможно, и вообще перед двумя армянскими государствами – Арменией и Нагорным Карабахом этот подвиг создал императив. Мы находимся не в обычной ситуации, чтобы удовлетворяться обычной динамикой государственного развития. Мы находимся в чрезвычайной ситуации, и от нас требуются чрезвычайные, героические решения, чтобы наш мир соответствовал нашей победе в войне, и был достойным продолжением этой войны. В настоящее время нам нужно победить самих себя, пока мы окончательно сами не проиграли себе.
