После референдума конституционных изменений Армения оказалась в переходном периоде во всех смыслах. Переходный период также и внутри власти, поскольку до 2018-го года, фактически, будет действовать старая Конституция, и новая полноценно вступит в силу после 2018-го года, когда Серж Саргсян попрощается с должностью.
Этот переходный период ставит властей в такую ситуацию, которая охарактеризуется рядом особенностей, тем более учитывая то, что Серж Саргсян заявил об уходе с должности президента, но не из власти, и может стать премьер-министром или председателем НС. Это означает, что система власти окажется в зависимости от этого фактора.
Проблема в том, что Серж Саргсян из уходящего становится остающимся. И если какие-то шаги были возможны против уходящего президента, то в случае остающегося, эти шаги уже становятся вопросительными. То есть, Серж Саргсян, таким образом, увеличил внутрисистемные риски. То есть, если его в системе власти воспринимают, как уходящего президента, то у различных крыльев этой системы снижается риск по части каких-либо действий в отношении него – поддержки, присоединения и так далее. Эта ситуация увеличивает риски Сержа Саргсяна, потому что в этом случае уже не только могут смело ждать его ухода, и за это время столь же смело разворачивать процессы в борьбе за власть, уже не учитывая Сержа Саргсяна, но и даже могут ускорить его уход.
Когда Серж Саргсян заявляет или довольно прозрачным образом намекает, что намерен остаться, то здесь уже, по крайней мере, психологически, в системе происходит существенный поворот. Он воспринимается уже остающимся, следовательно, против него делать какие-то шаги или инициативы будет рискованно. Таким образом, Серж Саргсян снижает собственные риски, и повышает риски для различных крыльев власти. Причем, здесь проблема не в том, что, например, Овик Абраамян, или кто-либо другой, имеющий амбиции в правящей системе, может и не поддаться психологическому давлению и идти вперед, поскольку, по большому счету, Серж Саргсян не автоматически станет премьер-министром после должности президента. Но в данном случае, для Сержа Саргсяна проблема заключается не в том, чтобы ставить под риск отдельных людей, а именно в том, чтобы ставить под риск именно то правящее большинство, которое, по сути, при принятии каких-либо решений руководствуется инстинктами.
В конце концов, для того, чтобы привести это большинство к какой-либо инициативе, кто-то из РПА должен властвовать над инстинктами. Заявление Сержа Саргсяна, намек на то, что может остаться в качестве премьер-министра или председателя НС, является именно властвованием над инстинктами, для сохранения этих инстинктов максимально управляемыми, по крайней мере, в переходный период, пока его политические планы станут наиболее определенными.
