Собеседник Первого Информационного – директор образовательного центра «Мхитар Себастаци» Ашот Блеян.
— Референдум конституционных изменений уже в прошлом, хотя оппозиционеры отмечают, что процесс не завершился. Ваша оценка относительно этого процесса. Чем была обусловлена пассивность общества?
— Я считаю, что это были не президентские, и не парламентские выборы, можно было ожидать всего лишь 30-процентное участие. Если верить официальным числам, то было больше 50 процентов, что для референдума конституционных изменений является высоким процентом. У нас плохо то, что нельзя верить ни одной цифре, ни одному показателю. После всех выборов наступает состояние одурачивания, поэтому не буду затрагивать цифры.
— Как Вы оцениваете этот процесс? После всех выборов у нас поднимается волна разочарования в обществе.
— Человек имеет право разочароваться только в себе. Кого направлял, в чем разочаровался? Это проблема, которая не решилась. Я не разочарован. Мы более 20 лет недооцениваем кражу голосов, посягательство в отношении голосов граждан. Принятие фальши – это характерная черта нашей нации. Казалось бы, большинство, особенно молодежь преодолевают это, этот референдума в этом плане был шагом вперед, то, что произошло было самоорганизацией, люди пошли, проголосовали, вышли на борьбу. Не думаю, что они разочарованы, напротив, мне кажется, что есть уверенность, осознание того, что «если мой голос украли, я должен вернуть его». И эта решительность вернуть свой голос на предстоящих выборах будет более влиятельной. Там мы должны искать наш потенциал и нашу солидарность.
— В образовательных учреждениях, как в школах, так и в вузах осуществляется пропаганда в предвыборный период. В эти дни мы смогли воздержаться от этого, или нет? У нас была обратная картина – учителя уволили из школы.
— Пропаганда дает обратный эффект, другое дело обучение. Почему, скажем, не организовали трехмесячные курсы, чтобы изучить содержание Конституции. Почему на уроках обществоведения не изучали эту тему в течение всего полугодия? Вместо этого, общество, молодежь, студенты изучают старое общество. Или же, что за отношение к учителю, то есть, учитель разве не гражданин, у него нет взглядов, мнений, другое дело, что он не может быть безнравственным, не может не уважать права человека. Обсуждать содержание, изучать, выражать мнение…где еще можно это сделать, для чего существует образовательная система? Или же говорят, почему учителей включают в избирательные комиссии, то есть, мы уже заранее знаем, что они будут красть голоса? Но, напротив, учителя составляют самую большую армию, кто еще должен быть в этих комиссиях.
— Учитель может вне работы свободно заниматься другой деятельностью. Но существует ли проблема, что в вузах и школах повсеместно ведется пропаганда в пользу властей?
— Конечно, очевидно, что у нас есть проблема страха, что учитель может оказаться на улице. У нас нет свободных учителей, свободных людей, свободных школ. И эти несвободные учителя должны воспитать свободных граждан? Это несерьезно. Давайте не снимать ответственность с учителей, напротив, мы должны направлять учителя, он не должен избегать гражданского образования. Гражданское образование не нужно отчуждать от своей жизни, другое дело, что нельзя заниматься спекуляцией, делать это нечестным путем. Общество должно увидеть, какие у него есть учителя, или в какое положение поставили учителей, каков уровень беззащитности учителей.
— Учитель Карпис Пашоян активно участвовал, имел свою гражданскую, личную позицию относительно конституционных изменении, изучил их, выражался против, выступал с интервью. И его уволили с работы.
— Я следил за деятельностью Карписа. А разве Карпис пострадал? Разве отдельные люди не могут бороться с кражей голосов и состоянием страха в Армении? Не должны нести лишения ради своей идеи? Плохо, что таких людей мало. В последнее время, когда я слышу о деятельности гражданских инициатив, меня постоянно интересуют новые имена, новые лица, новые молодые люди, так должна произойти смена поколений. Мы не смогли сделать многое, мы погрязли во лжи и грязи…Я имею в виду поколение, которое в конце 80-ых по стечению обстоятельств взяло на себя политическую ответственность, это факт, я не обвиняю, и не оправдываю их. Но, все равно, эту проблему должна решить молодежь. Они должны знать, что могут попасть в полицию, в тюрьму, как без этого, сотни тысяч могут попасть в тюрьму. Мы должны приветствовать их, а не плакать. На несколько дней Карпис стал известным, у нас более 30 тысяч учителей, и сейчас все говорят об этом приятном, способном, интересном молодом человеке. Он найдет себе новую работу, станет более самостоятельным, политизируется, тем более, что по профессии он преподаватель обществоведения. Да, тернистый этот путь, а что, пускай пройдет этот путь. Такие люди должны создавать политический капитал. Как старший товарищ, как брат, я говорю, что нужно идти вперед, более смело, более решительно…Карпис Пашоян ничего не потерял, он выиграл, и я очень рад за него.
— Вы сказали, что вам не удалось, возможно, удастся следующему поколению.
— Я не отдаляюсь от этого, я еще не закончил свою жизнь. У нас вместе живут три поколения, у меня есть свои дела, но я имею в виду, что без наших детей мы не можем решить эту проблему, наши дети могут решить без нас, это уже другой вопрос. Будет очень хорошо, если мы постоянно будем пытаться быть полезными, пусть и со 2-го, 3-го плана продвигая вперед. Это наша жизнь, и каждый день мы должны решать эту проблему. Избирательная машина должна работать, ее ничем другим нельзя заменить. Пускай придут новые люди, новое Национальное Собрание, но избирательная машина должна заработать, здесь должны все перейти от критики к сотрудничеству. Хотя бы те люди, которые считают себя оппозицией и констатируют, что выборы сфальсифицированы, должны идти на сотрудничество без предусловий. Если они тайно придут к какому-то соглашению, это значит, что попросту продадут общество, вновь в «сапогах» пройдут по тем росткам, которые только-только появились. Хочу верить, что эти наши парни, девушки не допустят этого. Мы видим это поколение, эту решительность, честность.
— Вы сказали, пускай придут новые, свежие лица. «Электрик Ереван» — это инициатива, состоящая из молодежи, которая имела определенный успех, не было политических сил, партийной пропаганды. Сейчас на площади мы видим, что в отношении оппозиционных политических сил нет такого большого воодушевления. Есть ли необходимость в молодом поколении, в новых силах?
— Конечно, есть, нам, несомненно, нужны амбициозные молодые люди. Конечно, они объединятся, будет понятно, кто будет лидером. Достаточно двух крупных объединений с четким лицом. Общество тоже должно помочь, отдавать свой голос, продвигать его. Жизнь обязательно изменится, будет прорыв, и это будет очень быстро, это сделают наши дети, и сделают с любовью. Они должны быть немного смелее, оставить в стороне свой страх. Нужно бояться одного – страха, который искажает все, не позволяет идее развиваться, чтобы человек выступал со всем своим потенциалом, чтобы была солидарность. Но люди видели, что все равно, должны идти по этому пути.
