Первый Информационный побеседовал с представителем Женевского центра CIMERA, политическим аналитиком Вигеном Четеряном.
— Господин Четерян, обобщим год. В течение года Вы неоднократно констатировали, что Исламское государство не представляет опасности для Армении. Вы продолжаете оставаться при своем мнении?
— Как я уже сказал, я и сейчас остаюсь при своем мнении, что для Армении нет никакой опасности со стороны ИГ. Тем более, когда мы следим за последними событиями в Ираке, Сирии, так называемая организация ИГ уже имеет достаточно много врагов, довольно много трудностей. Не думаю, что может быть какая-то причина, чтобы искать врагов на далеком Кавказе. То есть, нет никаких мотивов.
Проблемы Армении в другом месте. Здесь есть несколько больших материалов: во-первых, 100-летняя годовщина Геноцида армян, во-вторых, в плане медиа этот год был довольно удачным, но в политическом плане мы не смогли добиться больших успехов, не смогли зафиксировать какой-либо дипломатический или политический успех.
Третья проблема экономическая. Экономика Армении зависит от экономики России. Начиная с 2008 года, экономика Армении переживает взлеты и падения, но сейчас кризисная ситуация, и это очень тревожная тема.
— После последнего визита Лаврова в Армению уже говорится о возможном участии сирийских армян в военных действиях. Армянская община вообще должна вмешиваться в конфликт, или нет?
— Я всегда придерживаюсь той позиции, что особенно вооруженные столкновения, милитаризация сирийского конфликта в ущерб всем. В этой войне сирийским армянам вообще нет места. Это очень жестокая война, и в случае участия в этой войне, маленькая армянская колония может понести большие потери. Нужно сделать все возможное, чтобы выйти из этого без потерь. Если волна войны закончится, мы должны попытаться восстановить армянскую общину, которая сегодня разбрелась по всему миру. Так что, участие в этой войне вообще бессмысленно.
Очень трудно будет восстановить в Сирии наше армянское присутствие поддержать эту общину, так что, участие в военных действиях вообще бессмысленно.
— Господин Четерян, если вдруг Армения решит участвовать, и сирийские армяне примут участие в этой борьбе, для ИГ Армения начнет представлять опасность, какие опасности Вы видите в этом случае?
— У Армении нет средств для вступления в этот конфликт, у сирийских армян тоже нет средств, это пустые слова, не более того. Если бы армяне хотели участвовать в этом конфликте, то уже участвовали бы. Единственное, что делают армяне, это то, что армянские мужчины сторожат свои церкви, школы. Во время событий в Кесабе, когда произошло нападение, у армянских сил не было никаких средств для противостояния, действительно не имеет смысла думать в этом направлении. Война очень опасная игра, если у нас нет средств, мы должны думать по-другому.
— То есть, если вдруг Армения примет участие, то в какой-то мере будет использоваться со стороны России, и она должна быть осторожной, чтобы никоим образом не вмешаться в эту большую войну.
— По крайней мере, было бы политической слепотой вмешательство в этот конфликт.
— То есть, Армения в этой стадии ведет правильную внешнюю политику, максимально маневрируя и воздерживаясь?
— Армения должна смотреть на позитивные стороны событий в регионе. Позитивные стороны – это то, что мы должны в новых условиях российского рынка развивать инвестиции, должны на открытых экономических рынках Ирана осуществить наши возможности, которые возникли там, нужно воспользоваться этими событиями, а не вмешиваться в самые темные, самые опасные события региона, в которые даже крупные государства не решаются вмешиваться. То есть, тот, кто знает азбуку политики, должен прийти к этому выводу.
— Недавно Серж Саргсян сделал довольно резкое заявление на саммите ОДКБ. Это может что-то изменить во внешней политике?
— Как напряжение в российско-турецких отношениях, так и четкая экономическая слабость Азербайджана, которую мы увидели в этом году, может усилить армянские позиции.
Больше не существует такой реальности, как перемирие, идет война, и Армения должна найти выход, чтобы превратить эту реальность в более спокойную реальность, чтобы можно было побеседовать о решении этого конфликта. Но, в конце концов, Армения также несет ответственность, долгие годы в Ереване было такое впечатление, что просто ограниченный дипломатический диалог, который существует с Баку, закроется, чтобы Карабахским конфликтом можно было руководить, и ясно, что сейчас не может стать реальным. В конце концов, Армения должна думать, каково решение Карабахского конфликта, какое реальное решение можно осуществить там.
— То есть, в 2016 году в этом направлении должны быть приоритеты внешней политики Армении?
-Да, нужно принять более активные меры, за последние 20 лет только на уровне министра иностранных дел ведется эта работа, но, возможно, есть еще и другие средства. Армения должна подумать об общественном мнении Азербайджана, какие шаги нужно сделать, чтоб это общественное мнение не пошло в более негативном направлении. То есть, нужно с ними решить этот вопрос, а не только с элитой, поскольку сегодня есть власть, а завтра этой власти может и не быть.
