Уже несколько дней драм постепенно обесценивается. Наверно, именно так армянский драм реагирует на принципиальную договоренность, достигнутую относительно сотрудничества АРФД-РПА. Многие это могут воспринимать, как шутку. И действительно, стоимость армянского драма не связана со стоимостью АРФД и РПА, но, с другой стороны все это косвенно взаимосвязано, поскольку этот спор АРФД-РПА, по большому счету характеризует качество государственности Армении, системы управления, характер политической системы, и с этой точки зрения, конечно, этот характер таков, что кроме обесценивания ничего другого не может произойти с драмом.
В целом, параллель этих двух событий или реалий очень символична, учитывая вызовы, стоящие перед Арменией, их силу, характер. Все это в Армении должно было подразумевать совершенно другую повестку дня, совершенно другие действия политических сил и властей. В их основе должны были быть очень четкие идеи, предложения, требования, инициативы. Но вместо этого, мы видим спор АРФД-РПА, в то же время, также и попытки договориться вокруг должностей.
Параллельно мы видим политическую оппозицию в том контексте, что власти все делают плохо, а они сделают лучше, но относительно чего и как, в условиях абсолютного отсутствия четкости и конкретности. Мы видим пресс-конференцию министра иностранных дел, который может часами говорить, но не сказать ничего путного хотя бы в течение пяти минут, чтобы после этого можно было бы, по крайней мере, десять подумать над тем, что сказал. То есть, мы видим во всех смыслах нулевую Армению, где единственной реальностью является то, что драм обесценивается.
Сколько еще будет продолжаться этот процесс, трудно сказать, но это означает рост цен, это означает снижение доходов в драмах, это означает рост социальной напряженности, отрицательные ожидания, нестабильность. Конечно, с другой стороны, может быть и такое мнение, что обесценивание драма подразумевает стимуляцию местного производства. Теоретически это так, тем более, что сегодня основной рынок потребления местного производства оказался в кризисе по той причине, что российский рубль обесценился, и армянская продукция, по сути, стала неконкурентоспособной.
Но сколько должен обесцениться армянский драм, чтобы армянские товары стали конкурентоспособными на рынке рубля, в течение этих месяцев обесценившегося более чем в два раза. Реалистично ли обесценивание в таких размерах. Здесь очень трудно представить рациональный выход, не будучи экономистом. Если армянский драм обесценится настолько, чтобы армянской продукции было хоть как-то комфортно на российском рынке, то это будет означать такое потрясение экономики Армении, после которого очень трудно будет прийти в себя. Но проблема в том, что в Армении в плане принятия решений мы имеем дело даже не с неправильно выбранными теориями, а всего лишь с простой исходной точкой – собственный бизнес, защищенность собственного капитала, собственная безопасность.
Вот то, что в Армении лежит в основе принятия политических и экономических решений. И по этой причине в Армении сегодня власти заняты спорами с АРФД, а не решительной и глубинной борьбой с вызовами. Дело в том, что в вопросе собственной безопасности, собственного имущества для тех, кто принимают решения, наиболее важны «разборки» с АРФД, потому что это имеет прямое отношение к перераспределению ресурсов, рычагов власти, то есть, под этим есть очень конкретные материальные проблемы.
Дело в том, что решение проблем государственного, общественного значения требует от тех, кто принимают решения, ликвидации значительной части своего имущества, привилегий. Без этого сегодня невозможно что-то изменить в Армении. Тогда как сегодня договоренности, достигнутые вокруг сотрудничества РПА-АРФД еще более усилили, чтобы «личное» еще больше укрепилось. То есть, либо в Армении драм может укрепиться вместе с экономикой, либо может укрепиться имущество властей. Вот в этом смысле эти два процесса символичные, и если драм слабеет, то это станет индикатором для того, чтобы предположить, что усиливается система власти.
Фото: Armtimes.com.
