Принимая премьер-министра РФ Медведева, Серж Саргсян проявил почти беспрецедентную смелость, сказав о том, что Азербайджан применил против Армении весь арсенал приобретенного у России вооружения. Серж Саргсян об этом говорил также и в Германии, в ходе совместной с Ангелой Меркель пресс-конференции, сказав, что это печально, что с помощью поставленного союзником оружия атакуют Армению. Но Саргсян, как известно, сказал также, что Армения не может повлиять на этот процесс.
Вопрос возможностей влияния, конечно, важный, и на самом деле, Армения не может повлиять на этот процесс, потому что у Армении нет тех государственных качеств, той эффективности государственного управления, которая позволила бы вести суверенную и смелую, исходящую из интересов Армении внешнюю политику. И здесь, конечно, первым на вопрос должен ответить Саргсян: почему мы не можем повлиять? Потому что в Армении мы можем влиять на результаты выборов, на права и свободы граждан? Конечно, да.
Эти вопросы, несомненно, в ближайшем будущем должны стать предметом для широкого обсуждения в Армении, потому что это – важнейшие для комплексного механизма безопасности Армении вопросы, чтобы армянские солдаты и командиры каждый раз не были вынуждены ценой жизни исправлять последствия ошибок, часто и преступлений, совершаемых в тылу. И поэтому в Армении должна сформироваться новая и реальная элита, для которой государственные интересы выше, чем личные, для которой личное приносится в жертву государственному, а не наоборот.
Новая элита, поскольку старая или действующая элита в кавычках, даже в этот момент, по сути, продолжает проявлять личные подходы к государственным проблемам. И это стало очевидно в рамках визита премьер-министра РФ в Армению.
Казалось бы, что как в вопросе противостояния внешней агрессии, так и в этом вопросе должна быть идеальная систематизированная политика, одним из ключевых элементов которой должно быть то, чтобы союзнику Армении – России очевидным образом указать на ее шаги, совершаемые против интересов Армении, и на ответственность за убийства армянских солдат и офицеров, в виде предоставленного Азербайджану вооружения на несколько миллиардов долларов. Но, что получается? Премьер-министр РФ приезжает в Армению, причем, с очевидным презрительным контекстом, снимая из этого визита собрание премьер-министров ЕАЭС, и вместо этого, включив визит в Баку, и наряду со всем этим, премьер-министр Армении во время встречи с ним не говорит о российском оружии, вместо этого, в ответ на вопросы журналистов, занимается оправданием этой антиармянский сделки, повторив традиционное для многих мнение о том, что если бы Азербайджан не купил оружие у России, то купил бы у Израиля и Турции.
Оставим в стороне логическую уязвимость того утверждения, что премьер-министр РФ приехал в Армению, и вместо того, чтобы власти Армении подвергли его прямой атаке по части ответственности России за агрессию Азербайджана, занимаются оправданием этой агрессии, другими словами, оправданием убийства солдат и офицеров. Вместо того, чтобы все чиновники Армении любым чиновникам России в первую очередь постоянно напоминали об ответственности за эту антиармянскую смертоносную сделку, некоторые из них, наверно, занимаются личными расчетами. Иначе, как объяснить, что Серж Саргсян, например, с болью отмечает, что проданное Россией оружие стреляло в направлении армянских позиций (конечно, от Армении требуется не выражение боли, а последовательные шаги, имеющие политический вес), а премьер-министр Овик Абраамян, в противоположность этому, занят оправданием России, что купили бы у Турции и Израиля. Хотите, чтобы покупали у Турции?
И чем можно объяснить этот контраст, если не расчетами относительно перспектив власти, с ожиданием получения покровительства России накануне предстоящих выборов. Может ли быть другое объяснение, чтобы представить обществу, почему премьер-министр Армении оправдывает российско-азербайджанскую сделку, и почему проявляется это несоответствие позиций двух высокопоставленных чиновников Армении, когда свежая память о десятках армянских солдат и офицеров, отдавших жизнь за безопасность страны, требует строгой, четкой и достойной государственной позиции в этом вопросе.
