Собеседник Первого Информационного – депутат Национального Собрания Александр Арзуманян.
— Господин Арзуманян, как вы оцениваете состоявшуюся в Санкт-Петербурге трехстороннюю встречу? Возможно, начинается процесс Карабахского урегулирования в таком формате, в каком был в «майндорфский» период»?
— Принимая во внимание то, что были некоторые опасения, организация этой встречи в таком формате была неожиданной. Были заявления также со стороны ОБСЕ о том, что ОБСЕ не имеет отношения к этой встрече, в этом плане были некоторые опасения, что со стороны России будет попытка взять на себя будущие переговоры, и этим поставить под угрозу деятельность Минской группы. Но следует сказать, что можно считать положительными результаты, сами по себе любые встречи определенным образом снижают напряженность, и на некоторое время возникает пауза, будем надеяться, что это позволит нам продолжить исправления наших ошибок, которые раскрылись после апрельской войны. Можно выразить сожаление по поводу того, что, хотя и подтверждается тезис о соглашениях, достигнутых в Вене, но в опубликованном заявлении говорится только о расширении офиса Каспршика, что положительно, но от этого никаких существенных изменений не произойдет, потому что будь то 6, или 60 наблюдателей, от этого ситуация не изменится, это всего лишь дает возможность увеличить частоту мониторинга, а также, вероятно, расширить географию в разных направлениях.
— В этом заявлении не было также ни одного слова о механизмах расследования.
— Да, фактически, в этом заявлении не было ни одного слова относительно механизмов расследования, что очень важно, на этом настаивали, как Армения, так и НКР. Но также те заявления, которые были со стороны сопредседателей Минской группы, которые считают положительными, и подчеркивают необходимость выполнения Венских соглашений, можно в целом сказать, что Россия пытается создать дополнительный канал в дополнение к Минской группе, продолжать свою посредническую деятельность. Такие случаи у нас были, когда возникла «ревность» между Россией и Минской группой в 93-ем году, когда Россия тоже взяла на себя переговоры по дополнительному, второму каналу, что, в конце концов, привело к установлению перемирия посредством известного договора 94-го года, и потом все эти усилия были направлены на Минскую группу, и был создан институт сопредседателей. Так что, здесь тоже можно сказать, что Россия, во-первых, возвещает о том, что она является важнейшим игроком в этом регионе, и что без учета мнения России никакого прогресса здесь не может быть зафиксировано, но наряду с этим, утверждает, что как сопредседатель Минской группы, продолжит работать с представителями Франции и США.
— А члены Минской группы, кажется, не проявляют прежней ревности, напротив, поощряют эту встречу.
— В каком-то смысле Россия этой встречей взяла на себя также ответственность за сохранение перемирия. Если сразу после такого саммита начнутся военные действия, то это будет ударом по репутации России, и в этом плане можно сказать, что на некоторое время напряженность снизится. Были заявления, что вокруг возобновления инцидентов переговоры и обсуждения продолжаются, и будем надеяться, что сторонам будут сделаны какие-то предложения.
— Господин Арзуманян, в каком направлении и вокруг какого содержания будет проходить процесс, на Ваш взгляд, будет проходить в двух направлениях?
— В данный момент нет никакого процесса, встреча в Вене позволила сторонам выразиться и сказать о необходимых для возобновления переговоров шагах – это расширение института мониторинга, и внедрение механизмов расследования, это важнейшие предпосылки для возобновления переговоров. Армения об этом говорила, когда происходят выстрелы, невозможно вести переговоры. Возможно, эта очередная инициатива поспособствует также созданию надлежащей атмосферы для возобновления переговоров, но, учитывая те заявления, которые были после двусторонних встреч Саргсян-Путин, Алиев-Путин, мы поняли, что стороны продолжают оставаться при своей позиции, что Азербайджан не отказывается решать вопрос военным путем, так что это всего лишь можно считать немного успокаивающим, немного отрезвляющим моментом.
— Это была встреча, но не начало переговоров.
— Переговоров, так таковых, нет, и трудно сейчас представить, вокруг чего можно вести переговоры, логика, которая была заложена в Мадридских принципах, и в Казанском документе, сейчас должна быть пересмотрена, потому что сегодня говорить о формуле «мир взамен на территории», просто неприемлемо, и никакие власти в Армении не будут готовы к таким обсуждениям. Сегодня очень важно уточнить вопрос статуса НКР, проявить всеобъемлющий подход, и только после согласования всех деталей можно обсудить их проведение. Пакет полностью не согласован, и говорить о поэтапном варианте, о чем сказал Лавров, в этой ситуации неприемлемо.
