Начальник полиции Вова Гаспарян отстранил с должности начальника отделения полиции Эребуни, что, по сведениям, связано с захватом полка ППС 17-го июля.
В сложившейся после 17-го июля ситуации, казалось бы, что уйти должен был Вова Гаспарян, а после 29-го июля, вместе с ним, по крайней мере, должен был уйти также и начальник полицейских войск Левон Ераносян. Но решение Гаспаряна об отстранении начальника отделения полиции Эребуни означает, что, по крайней мере, в ближайшее время не намечается отставок или увольнений высокопоставленных чиновников полиции. Это было ясно также и из выступления Сержа Саргсян 1-го августа, в котором он, по сути, охарактеризовал насилие в отношении журналистов «большим упущением», сделав уже известные заявления, связанные с памятью.
Причем, заявление Сержа Саргсяна имело довольно интересный оттенок, который, кажется, удостоился мало внимания. Насилие, осуществленное в отношении журналистов 29-го июля, он оценил, как «самое большое упущение последних дней». Отношение общества к средствам массовой информации, и вообще к насилию в Сари Тахе четкое, и, несомненно, эти события еще неоднократно станут предметом для обсуждений и оценок.
Этой публикацией мы хотим затронуть не нюансы известного заявления Сержа Саргсяна, в том числе и оправдание того, что произошло в отношении граждан, пусть и с некоторым осуждением того, что произошло в отношении журналистов, а контекст выражения «самое большое упущение».
Дело в том, что самым большим упущением последних дней, предположительно должно быть само произошедшее, то есть, допущение того, что произошло. В соответствии с этим, самым большим упущением является то, как могли допустить того, чтобы группа людей на грузовом автомобиле напала, и захватила целый полк ППС, где накоплен огромный арсенал боеприпасов и специальной техники.
Оставим в стороне политические, морально-психологические мотивы, отношение общества и так далее. Рассмотрим ситуацию с точки зрения классической государственной логики. В соответствии с этим, самым большим упущением властей должно быть именно произошедшее, когда группа вооруженных людей может спокойно прогуливать по городу, и одним грузовым автомобилем захватить полк ППС. Но выясняется, что не это является «самым большим упущением» властей.
И позиция Сержа Саргсяна доказывается также именно решением начальника полиции, потому что если даже не по части отношения к гражданам, то по факту захвата полка, логика подсказывает высокопоставленные отставки. Но здесь, конечно, оценка ситуации дается не по «классической государственной» логике, а по логике конъюнктуры власти.
В конце концов, даже не стоит ожидать классической государственности, поскольку это подразумевает, прежде всего, власть, которая формируется в государственном порядке. Государственное поведение может проявить только основанная на государственном порядке власть. А власть в Армении основана на криминальном и олигархическом порядке. И здесь также особенности поведения Сержа Саргсяна.
Дело в том, что в этом порядке он не является столь надежным президентом. Насколько объективно или субъективно это восприятие, но очевидно, что в ходе правления Сержа Саргсяна для криминально-олигархической системы как внешние, так и внутренние вызовы преумножились, следовательно, увеличилась степень внутреннего беспокойства.
Таким образом, для Сержа Саргсяна полицейская система становится единственным средством для сдерживания этого недовольства, и по этой причине, Саргсян держит полицию, чтобы полиция в свою очередь была той преградой, которая сдержит недовольство криминально-олигархической системы Сержем Саргсяном.
