Важнейшие встречи, которые состоялись 8-го августа (Роухани-Путин-Алиев), 9-го августа (Путин-Эрдоган), 10-го августа (Путин-Саргсян) и произошедшие события чрезвычайный и полномочный посол Арман Навасардян оценил, как «дипломатический марафон».
По словам нашего собеседника, все это является следствием борьбы за глобальные геополитические процессы и многополюсный мир.
Комментируя формируемую ось Иран-Россия-Азербайджан, Арман Навасардян сказал, что Россия не могла не учитывать Иран, как регионального игрока, но в любом случае считает печальным то, что посредником этой встречи стал Азербайджан. «Если Армения не сможет сделать соответствующие шаги, и хотя бы в каком-то смысле уравновесить, то мы очень многое потеряем. Иран, не будучи в дружественных отношениях с Азербайджаном в прошлом и в настоящем, смог пойти на это, а мы, имея такие предпосылки, не смогли сделать это.
МИД Армении ведет пассивную политику, считает Арман Навасардян. «международное сообщество, как будто не в курсе того, что в Азербайджане на государственном уровне проповедуется фашистская идеология, ксенофобия, мизантропия. Они говорят, что если они войдут в Степанакерт, то каждый азербайджанец должен отрезать шею одного армянина. Какое сотрудничество по борьбе с терроризмом может быть с такой страной?».
Что касается участия Турции в деле решения Карабахского вопроса, чрезвычайный и полномочный посол заметил, что это было розовой мечтой Турции, но без согласия армянской стороны это невозможно, а для армянской стороны это, естественно, неприемлемо. «Турция не может присоединиться также и к тройке Иран-Россия-Азербайджан, это политическая безграмотность, потому что Иран и Турция никогда не смогут плыть в одной и той же лодке. А Россия начала очень интересную игру: с одной стороны, с Ираном, с другой стороны, с Турцией».
Комментируя встречу Путин-Саргсян, Арман Навасардян выразил мнение, что «президент смог «нейтрализовал» все заявления о передаче земель. Он не подпишет документ о передаче земель. Никто не пойдет на такое, потому что нам нечего дать. Говоря о том, что «мы готовы реализовать достигнутые договоренности», Серж Саргсян имел в виду договоренности, достигнутые во время встреч в Вене, Санкт-Петербурге».
Чрезвычайный и полномочный посол считает невозможным компромисс, поскольку «Азербайджан говорит: и это мое, и то, и то».
