Серж Саргсян сделал последние назначения нынешней стадии формирования правительства – на должности министров иностранных дел и обороны. Эдвард Налбандян был переназначен, а Виген Саргсян заменил министра обороны Сейрана Оганяна. На место Вигена Саргсяна руководителем аппарата президента назначен секретарь Совета безопасности Армен Геворгян, а на его место новым секретарем Совета безопасности назначен начальник Генерального штаба ВС Юрия Хачатурова. Вместо Хачатурова Генеральным штабом будет руководить Мовсес Акобян, который был заместителем начальника Генерального штаба. Таким образом, кажется, завершилась волна, касающаяся изменений первого эшелона власти, что дает повод и основание для выводов и заключений. Эдвард Налбандян фактически сохранил свою должность, Россия, судя по всему, не пошла на компромисс в его вопросе, хотя говорилось, что он подлежит замене. Не исключено также, что Серж Саргсян посчитал более целесообразным заменить министра обороны, и по этой причине предпочел в вопросе Налбандяна не вести переговоров с Москвой, взамен получив определенную свободу в вопросе Оганяна, или вообще в вопросе Минобороны в плане министра и начальника Генерального штаба.
В последние годы, и особенно после апрельской войны, по сути, существенно возросло значение армии в вопросе государственной политики и суверенитета Армении, и в этом плане, конечно, невооруженным глазом» видно, что оборонное ведомство, по сути, играет более значимую роль и становится более весомым, как в логике внутренних событий, так и во внешних процессах. И в этом смысле, назначением нового министра обороны политика Армении не подлежит переломным изменениям, но, по крайней мере, на поверхностном уровне в каком-то смысле уравновешивает «русифицированное» внешнеполитическое ведомство. Это имеет только предвыборный подтекст в плане подачи каких-то сигналов Западу, или Серж Саргсян под этими изменениями видит более долгосрочную перспективу, естественно, очень трудно сказать. Заметно одно, что назначением Вигена Саргсяна Серж Саргсян, по сути, в настоящее время в официальной сфере вводит «прямое президентское управление».
Очевидно, что все перспективы, так или иначе, сводятся к предстоящей краткосрочной проблеме – к обслуживанию процесса выборов и повышению управляемости различных сфер в этом процессе. С этой точки зрения, Виген Саргсян, конечно, должен обеспечить также и исключение каких-либо форс-мажоров в оборонной отрасли.
Только после обслуживания краткосрочной проблемы можно будет проследить за их перспективными тенденциями, когда станут более определенными политические планы Сержа Саргсяна, которые он публично связал с результатами выборов 2017 года. По сути, в том же контексте также и назначение Армена Геворгяна и Юрия Хачатурова. Здесь, конечно, назначения очевидным образом оперативно-тактические, и, судя по всему, само по себе какое-либо отдельное содержание они не подразумевают, и помещаются всего лишь в подтекстовых углах существующих изменений, по крайней мере, по части Юрия Хачатурова.
