Собеседник Первого Информационного – кинорежиссер, общественный деятель Тигран Хзмалян.
— Господин Хзмалян, стало известно, что Армения и Россия создают объединенную группировку сил, и есть сведения, что подобная задумка была еще 15 лет назад, однако, неизвестно почему, ее претворяют в жизнь именно сегодня. Какой умысел Вы в этом усматриваете, и есть ли в регионе необходимость в этой группировке?
— События в эти дни разворачиваются настолько стремительно, что ответы на вопросы и объяснения касательно этих событий тоже меняются. То, что касается армии, это, естественно, военно-политический вопрос, следовательно, трактовку, анализ этого вопроса нужно рассматривать в геополитическом контексте. Этот контекст, мягко говоря, изменился. Несколько лет назад в Соединенных Штатах произошла революция: это не преувеличение, потому что изменилась идеология этой страны, и, естественно, философия внутренней и внешней политики, следовательно, то, что можно было сказать 1-2 недели назад касательно особо важных для нашего региона событиях и развитиях, сейчас меняется, требуется иной анализ, и будет иметь совершенно иные объяснения и последствия. Это звучит не настолько громогласно, как кажется. Мир так устроен, что все в нем взаимосвязано.
Еще год назад, месяц назад мы рассматривали эти развития как величайшую опасность нашей самостоятельности, национальной безопасности и суверенитету, и это так и есть: да, у России есть амбиции – завладеть Арменией и в политическом, и в экономическом смысле, и сейчас самым важным для нас является вопрос армии, которая, по всей видимости, является единственным состоявшимся и единственным существующим институтом государственности Армении. Мы прекрасно понимаем, что за последние годы и в особенности за последние месяцы, одновременно осуществив два проекта – с одной стороны предложив Азербайджану «помочь» завладеть восточными районами Арцаха, как Лавров говорил о проекте Путина и Алиева, что и попытались предпринять в апреле, но не получилось, и сейчас тоже этот процесс продолжается, а с другой стороны – российская армия или ее подразделения объединяются с армянской армией, что это означает? То есть, сейчас уже русские генералы будут командовать не получившимся у них отступлением армянской армии? Фактически, так и получается. Еще несколько дней назад логика была такова, и это – трагедия. Фактически, мы теряем нашу последнюю линию обороны. Я бы не сказал, что это резко изменилось, но кое-что все же изменилось. И сейчас этот проект столкнулся со своей собственной логикой и попал в западню. Сейчас Путин делает все для того, чтобы задобрить нового президента США, новую администрацию, и это для нас очень опасно в том смысле, что Республиканская партия и Трамп по меньшей мере год-два будут идти путем изоляции – позволяя Путину делать все, что ему вздумается, а это таит в себе большую опасность, катастрофичную угрозу для нас. Однако с другой стороны неожиданным образом начала действовать другая логика, то, что Серж Саргсян, проявляя большую осторожность, пытался лавировать между Россией и Западом, и это сейчас весьма неожиданно, но может оказаться выгодным для Армении. если ранее Армению заставили вступить в ЕАЭС и втянули в общую игру, и такой была официальная политика Путина, то сейчас приоритеты изменились.
