Никто в Армении сегодня не говорит об избирательных фальсификациях, никто не замечает, что из нашей жизни ушел этот «дискурс», заявил премьер-министр Никол Пашинян, представляя 27 марта в НС исполнительную часть программы мероприятий деятельности правительства. Он также сослался на содокладчиков мониторингового комитета ПАСЕ, которые во время визита в Армению не зарегистрировали никаких причин для замечаний правительству в вопросе демократии. Это обстоятельство, конечно, будучи очень важным с точки зрения демократии в Армении, имеет и другое значение, как в более широком, так и в контексте наиболее важного вопроса взаимоотношений армянской общественности и Европы.
Тот факт, что Армения вступила в новый этап развития демократии, который не имеет принципиальных общих граней сравнения с предыдущим имитационным этапом, несомненно. В то же время очевидно, что ключевые испытания и соблазны нового этапа еще впереди, причем как для правящей силы, так и для общественности. Это действительно отдельная тема, тема для широкого обсуждения, которую я ранее неоднократно затрагивал, и, без сомнения, и в ближайшем будущем будут поводы поговорить об этом. В конце концов, здесь также зависит и от поведения сегмента медиа-экспертов, насколько эффективно Армения будет развиваться на нынешнем этапе развития демократии, и насколько ей удастся публично, в общегосударственном масштабе избежать как соблазнов, так и ошибок, и большой доли объективной «ошибочности» упущений. В этом вопросе несомненно, что ключевым партнером как правительства, так и сторонника, и уверенного носителя общественно-политической модернизации в Армении может и должна быть Европа.
Именно здесь становится примечательным визит содокладчиков и в течение его заметно адекватное поведение по отношению к нынешнему этапу демократизации Армении, по крайней мере, до сих пор. А проблема заключается в том, что сразу после бархатной революции ужасная «десантная атака» бывшей правящей Республиканской партии, или самых разных крыльев правящей широкой системы была в направлении Европы, включая ПАСЕ и, в частности, мониторинговую группу ПАСЕ, чтобы правовые процессы, последовавшие за бархатной революцией, были представлены как политическое преследование.
Даже Роберт Кочарян, который во время своего президентства заявлял, что ПАСЕ не является «политбюро», после бархатной революции пытался привлечь внимание Европы к «диктатуре» в Армении, кстати, в этом периоде параллельно с заявлениями президента Азербайджана. Азербайджан, конечно, пытался использовать ситуацию и усилия бывшей армянской правящей системы для представления нового правительства Армении как диктатуры, хорошо представляя и чувствуя, что в результате бархатной революции Армения в плане международного рейтинга, фиксируя огромный взлет, приобретает ощутимые политические позиции и по арцахской проблеме. Здесь, однако, очень важно, что ПАСЕ фактически не предалась таким попыткам, как исходящим от бывших властей Армении, так и из Азербайджана. Это очень важно не по той причине, что не стало ударом по новому правительству Армении.
Важно, что не было косвенного удара по общественному отношению Армении к Европе. Потому что, учитывая большую легитимность революции и сформированного в ее результате нового правительства и новых политических реалий, становится несомненным, что в случае, если бы говорили о «проблемах» демократии в Армении, а тем более о «несправедливости» и «насилии», еврочиновники напрямую вызвали бы отрицательное отношение общества не только по отношению к себе, но и к европейским структурам в целом. Такое отношение своей негативностью стало бы обратно пропорциональным имеющейся легитимности власти.
Другими словами, это могло быть серьезным актом дискредитации Европы в Армении, который произошел бы руками именно европейских чиновников. А для кого всегда было выгодно дискредитировать Европу в Армении, нет необходимости лишний раз представлять. С другой стороны, это, конечно, реальность, которая должна быть для властей Армении не лавровым венком или мягкой подушкой, на которой можно расслабиться, а наоборот, новым стимулом для активизации работы по модернизации Армении совместно с Европой.
