На вчерашней пресс-конференции Никол Пашинян коснулся обсуждений вокруг суперпремьерской системы, выступая с разъяснениями, которые даже не имеют ничего общего с элементарной политикой. Более того, премьер-министр Никол Пашинян со всей энергией противопоставляется оппозиционному Николу Пашиняну, последовательно корректируя слова последнего, фактически ставя под сомнение повестку революции.
Суперпремьерская система в Армении уже ликвидирована, поскольку в демократической стране не может быть суперпремьерства — заявил Никол Пашинян. Этим своим заявлением премьер фактически ставит под сомнение существование демократии в Армении, поскольку суперпремьерство, так сказать, институционализировано новой структурой правительства, которая во втором чтении и полностью принята парламентом. Это классический пример суперпремьерства, когда в парламентской стране есть структуры, подотчетные исключительно премьер-министру и вообще вне контроля НС. Сегодня именно таким статусом наделены СНБ, полиция, КГД. Более того, из ответа Никола Пашиняна стало ясно, что залогом необратимости демократии в стране считаются не институты, а образ самого премьера, иначе говоря — миф о «добром царе». Никол Пашинян отметил свои достоинства, фактически, позитивным образом прикрывая отсутствие институциональной демократии. Если смысл событий прошлого года заключался в том, чтобы «злой царь» был заменен на «доброго царя», то с болью констатируем, что произошедшее не революция, или повестка революции отменяется, доказательством чего, пожалуй, является сегодняшняя пресс-конференция Пашиняна. Когда Пашинян фетиширует свою личность или добродетели, он ставит под сомнение существование демократического общества. «Вы видите суперпремьера, который выступает в суде в качестве свидетеля.
Некоторые говорят, что это шоу. Это не шоу, а демонстрация политической воли. Я ведь могу и не давать пресс-конференции, но это проявление абсолютной прозрачности. Если речь идет о статусе 1-2 ведомства, то и здесь есть факты и аргументы. Например, чтобы превратить СНБ в министерство, я задаю вопрос: вы хотите в стране нового Сержа Саргсяна? Как сформировалась политическая карьера Сержа Саргсяна, ведь со времен СНБ он потихоньку пришел к власти? Просто сейчас есть люди, которым нечего сказать, у них и никогда не было что сказать, их деятельность — это всего лишь цитировать нас. Очень хорошо, пусть наши слова внимательно запишут, потому что в дальнейшей политической карьере это им пригодится», — заключил Никол Пашинян.
Фактически, мы можем заключить, что накануне во время парламентских обсуждений автором примитивных аргументов депутатов фракции «Мой шаг» является именно Никол Пашинян, которому также не дает покоя призрак Сержа Саргсяна, или же действующий премьер ищет в своем окружении потенциального «Сержа Саргсяна».
К сожалению, Пашинян отождествляет себя с «армянским Ленином» и считает, что единственным занятием оппозиции является его цитирование, хотя очевидно забывает, что он руководил революцией, постоянно цитируя известное слово Сержа Саргсяна, чтобы показать, что в словах и деле третьего президента есть очевидное противоречие. По сути, то же самое делает и сегодняшняя оппозиция, доказывая, что премьер-министр Никол Пашинян на деле противоречит совершившему революцию Николу Пашиняну, или даже тому Николу Пашиняну, который только-только взял на себя премьерство.
После всего этого неудивительно, что Никол Пашинян выступает с позиции «сильной руки», угрожая «отрезать крылья». «Я похож на человека, который может быть премьер-министром РА и внутри этой власти могут быть разные крылья?.. В исполнительной власти РА не могут быть крылья, поскольку правительство РА и исполнительная власть являются единым органом, и этот орган руководится премьер-министром. Если появятся крылья, я отрежу эти крылья», — заявил премьер.
В мировой истории немало случаев, когда лидеры вполне демократической революции со временем проявляют диктаторские наклонности.
