Собеседник «Первого Информационного» — руководитель центра «Единение» Смбат Караханян (Россия, Москва).
– Господин Караханян, в Армении начинается судебный процесс по делу Роберта Кочаряна и других высокопоставленных чиновников. Учитывая озвученные ранее Россией мнения по этому делу, какие последствия на армяно-российские отношения будет иметь этот судебный процесс и возможность приговорить Кочаряна к лишению свободы?
– Конечно, в России внимательно следят за всем этим процессом. Вопрос не в том, что Россия поддерживает какую-либо из сторон или является сторонником какого-то решения, а в том, что руководство РФ — первое лицо и круги, формирующие его мнение, ждут, чтобы увидеть, какие конкретные обвинения будут в отношении этих четырех фигурантов. В России хотят, чтобы проходил конкретный процесс, было беспристрастное отношение и процесс, лишенный революционных эмоций. Иностранные и не только российские аналитики много скажут и напишут об этом судебном процессе, все следят за процессами, и Москва ждет трезвых, справедливых и реалистичных подходов. То есть в России хотят следующее: например, Кочарян сделал именно это и это, поскольку судятся конкретные лица, и должны быть оценены действия конкретных лиц. Сейчас будут представлены конкретные факты, и они станут предметом судебного разбирательства. Естественно, и в Армении понимают, что этот судебный процесс будет обсуждаться за рубежом, в том числе в России, и если будут какие-то откровенно предвзятые и тенденциозные подходы, которые приведут к нереальным и нелогичным решениям, конечно, они будут иметь плохие отклики.
В то же время подчеркну, что подход России не изменился, что это внутриармянская история: судебный процесс начнется, завершится, после этого будут сделаны выводы. Это первое серьезное испытание правового поля постреволюционной Армении, которое нужно с честью преодолеть. В самой основной позиции, которую имеет Россия, нет предвзятого отношения, независимо ни от чего. Власти РФ заинтересованы в том, чтобы был справедливый и чистый процесс. То есть, от всего этого не должно пахнуть ни на грамм местью и это должно быть четким правовым процессом. Никаких других проблем нет, Москва заинтересована в том, чтобы этот процесс дошел до логического завершения. Для властей России будет крайне нежелательно, если все это превратится в какое-то шоу, показательное мероприятие, и другое, самое основное положение заключается в том, чтобы это не превратилось в геополитические, а также внутриполитические интриги. Те, кто находится на скамье подсудимых, естественно, через своих адвокатов и коллег всегда хотели привлечь к этому внешние силы и заручиться их поддержкой. И именно поэтому этот процесс должен быть предотвращен, эти проявления не получили никакой поддержки со стороны властей РФ.
– Сколько бы вы ни отмечали, что Москва не рассматривает вопрос в личной плоскости, есть вопрос личной близости Кочаряна и президента РФ Путина. И вы считаете, что это обстоятельство не окажет какого-либо влияния? И потом, мы не раз слышали от российских экспертов, мол, почему вы посадили архитектора армяно-российских отношений?
– Во-первых, начнем со второй части вопроса, якобы Кочарян является архитектором армяно-российских отношений: это категорический неправильный и даже смешной подход. Все эти учредительные документы имели место при Левоне Тер-Петросяне. То есть, они были заключены во время Левона Тер-Петросяна, и эти подходы из жанра абсурда. Я сам много критиковал, но будем реалистами и справедливыми и не будем впадать в пропагандистскую истерию. Людям дают деньги и говорят — скажите, что архитектором является Кочарян: это, извините, глупо.
Правда, в дальнейшем, в период Кочаряна, развились и углубились больше экономические вопросы, что, кстати, очень сомнительно в плане точности и бескорыстности, но реальность искажается. Мы говорили 10, 15 и 20 лет назад, представили факты обо всем этом.
Сейчас что касается личных отношений, то это тоже из сферы пропаганды и даже российской пропаганды. То есть, ситуация следующая: первое лицо РФ, исходя из личных отношений с руководством не только Армении, но и разных стран, не приняло и не примет решений и по части Кочаряна. Конечно, некоторые российские чиновники напоминали, цитировали высказывания новых властей Армении, которые звучали до революции. Вместо того, чтобы заниматься демагогией, аналитики пусть представят правильную картину: Россия не вмешивалась в революцию Армении и сейчас не собирается вмешиваться в этот процесс, нет такой тенденции. Если бы Россия и президент России захотели, есть множество рычагов, и можно было бы очень интересными и сильными способами решить этот вопрос. Но вы видите, что такого не происходит, говорят, пусть будут реальные обвинения и нормальные решения. Но есть также вопрос: почему только Роберт Кочарян?
– То есть, почему бы и не Серж Саргсян?
– Да, был связанный с Кочаряном человек, который впоследствии стал президентом. Кочарян не делал всего этого только для себя. Кочарян не приходил к власти, конечно, считаем в том концепте, что они удерживали награбленное и капитал, но возникают вопросы. Посмотрим, как будет развиваться процесс в дальнейшем. Самое главное, чтобы все было прозрачным, и в дальнейшем вопросов не осталось. Но также поймем, что антироссийская пропаганда — мощное оружие, и это обязательно нужно было использовать. Поймем, что есть пропаганда и антипропаганда, и оценим ситуацию трезво и адекватно.
– Считаете ли вы, что в армяно-российских отношениях все гладко? Есть впечатление, что, как бы Никол Пашинян ни показывал свою лояльность, он все равно остается чужим для руководства РФ.
– Беда — это манипуляции, все это из сферы пропаганды. Это не так, что чужой, такой концепции не существует: может быть, у разных кругов, но у принимающих решения кругов такого не существует. Никол Пашинян — молодой, новый деятель для региона, естественно, есть новые тенденции, должны быть и положительные, и отрицательные отклики — не всем всё нравится. Но принимающие решения круги России не руководствуются такими тенденциями. Наш народ очень любит «смерть Кикоса», а если бы пошел, то был бы… критика, да, может быть, но если есть положительные вещи, об этом тоже говорится. Россия не вмешивается, военная помощь продолжается. Да, есть упущения в работе: есть позорные явления, связанные с внешним дипломатическим кадровым корпусом, инвестиционные работы также не уточнены. Принимающие решения круги России очень хорошо видели, кто приходит к власти, поддержали, согласились, оставили, чтобы народ Армении решил. Не было недовольства тогда, нет недовольства и сейчас. Конечно, есть антироссийская пропаганда, которая должна сказать, что это не так, но и это входит в противоречия. Понимаю, есть недовольные, «обиженные», которые вкладывают большие деньги в информационное поле — я говорю не только о Кочаряне, и они тоже должны сформировать подобные настроения. Понятно, что грязная атмосфера, во всех странах это бывает, но мы должны увеличить число людей с трезвым мышлением. В России нет понятия «чужой» и «свой», это однозначно, Москва руководствуется аспектом своих государственных интересов. Это также динамичный процесс, в некоторых тактических вопросах меняется. Но зафиксируем, что Россия хочет сильную, имеющую национальную государственность Армению, стратегически сильную Армению. С Николом Пашиняном нормальные отношения, работа продолжается. Есть критика, которая положительная, это даже полезно для команды Пашиняна. Нужно критиковать, обсуждать и двигаться вперед и, что самое главное, не поддаваться пропагандистским манипуляциям.
