Акторы внутриполитического поля Армении мгновенно отреагировали на заявления министра иностранных дел России Лаврова, притом не только по арцахской теме, но и армяно-российским отношениям, цене на газ и т.д. Несомненно, надо приветствовать эту реакцию, особенно за оперативность, поскольку в подавляющем случае содержательную часть реакций отнюдь нельзя было приветствовать. Однако, внутриполитическое поле Армении молчит по вопросу одной важной информации, опубликованной несколько дней назад. Речь идет о том, что Совет Европы намерен предложить странам-членам Восточного партнерства создать совместно с Евросоюзом единое экономическое пространство. Идея, конечно, пока находится в комиссии Европарламента, однако она официально опубликована и находится в таком состоянии, когда вполне может удостоиться того, чтоб на него реагировали, и оно находилось в центре политического внимания. Однако, тема, уже несколько дней появившаяся на новостной ленте, не удостоилась внимания, как правящего большинства Армении, так и подавляющего большинства политических сил.
Что и говорить, если б информация прозвучала с уст какого-либо высокопоставленного должностного лица Евросоюза или Совета Европы, возможно реакция была бы более быстрой, однако, с другой стороны, налицо не рядовая или очередная, а вполне равноценная и важная идея. С другой стороны, отсутствие внимания, пожалуй, говорит о том, что европейское политическое направление в Армении находится на этапе стагнации. Причины этого глубинные или ситуативные, надо понять, существует ли проблема в пояснении ситуации. Однако, картина достаточно очевидна и дает повод для размышлений, и отнюдь не в контексте примитивной классификации «западников» или «русофилов».
Политические процессы, как евразийского, так и европейских направлений, имеют важное значение для Армении, и они требуют политического отношения, вплоть до логики политической диверсификации, поскольку это потенциал военно-политической гибкости для Армении.
Вся проблема, наверное, в том, что армянский политический истеблишмент не знает, что может быть, и в соответствии с этим ждет, например, что скажет по этой теме Лавров или какое-нибудь звучное имя из России или Европы.
