Эксперт по арабским странам Армен Петросян обращает особое внимание на то, что расширение BRICS происходит в таких условиях, когда мы являемся свидетелями смены глобального мирового порядка, крушения предыдущего и процесса формирования нового, многополярного мира, в котором главную роль будут играть отдельные игроки в разных регионах, а также отдельные влиятельные организации, одной из которых является BRICS.
Важное решение было принято на саммите BRICS, проходившем в Йоханнесбурге с 22 по 24 августа. Президент ЮАР Сирил Рамафоса, председательствующий на саммите, заявил, что Аргентина, Египет, Иран, ОАЭ, Саудовская Аравия и Эфиопия будут считаться полноправными членами BRICS с 1 января 2024 года. В настоящее время в BRICS входят Бразилия, Россия, Индия, Китай и ЮАР.
В беседе с «Арменпресс» Петросян отметил, что избрание новых членов внутри вышеупомянутой организации свидетельствует о том, что на первом этапе решаются важные, стратегические проблемы, поскольку фактор арабских стран, в частности, отмечен тем, что Саудовская Аравия, ОАЭ и Египет являются ключевыми игроками не только в арабском мире, но также на Ближнем Востоке и в Африке.
По мнению Петросяна, основной характеристикой расширения BRICS является геополитический акцент, посредством которого делается попытка повысить роль этой организации в формирующемся новом мировом порядке, хотя данная структура изначально формировалась как экономическая организация.
«Что касается членства конкретных арабских стран, то это обстоятельство также было предсказуемым, поскольку Саудовская Аравия, ОАЭ и Египет — страны, обеспечивающие самый быстрый экономический рост на Ближнем Востоке, у них достаточно серьезные амбиции, которые они предъявляли перед последним саммитом BRICS. Они все еще пытаются перепозиционироваться после процессов «арабской весны» 2010 года, демонстрируя свои большие достижения и возможности, а также расширяя свое влияние на Ближнем Востоке и в мусульманском мире в целом», — сказал Петросян.
По мнению арабоведа, еще одним важным фактором в логике расширения BRICS является энергетическая составляющая. В вышеупомянутую организацию входят наиболее богатые в регионе энергетическими ресурсами государства, чей вес с точки зрения энергетической политики является решающим в энергетических процессах, происходящих во всем мире, особенно в контексте соглашений по нефти и газу.
«То, что шесть влиятельных государств присоединяются к BRICS на первом этапе, обусловлено вышеперечисленными факторами, хотя заявки на членство подали более двадцати стран. В случае с Турцией процесс проходит не так гладко, потому что Турция считается страной-членом НАТО, с которой у основателей BRICS — России и Китая — серьезные конфликты», — отметил наш собеседник.
По мнению Петросяна, в контексте расширения BRICS следует учитывать реалии, произошедшие за последние полтора года, точнее, после начала российско-украинского конфликта. Сегодня Египет, Саудовская Аравия и ОАЭ стремятся проводить более независимую внешнюю политику, ведь арабские государства также стали более активными на фоне формирования нового мирового порядка. По мнению арабоведа, даже в плане обеспечения контроля над ценами на нефть договоренности, достигнутые в ходе визита президента США Джо Байдена в регион, не состоялись.
«Пользуясь геополитической ситуацией и ослаблением позиций США, многие стремятся к независимости. Эта линия еще больше укрепилась в этом году, когда отношения между Ираном и Саудовской Аравией были урегулированы при посредничестве Китая. В случае с Египтом имели место региональные визиты президента этой страны, что также свидетельствует о выходе из-под американского влияния, а ОАЭ не новы, поскольку стремятся принимать самостоятельные решения в региональных вопросах и имеют более влиятельную роль, особенно в урегулировании сирийского кризиса», — отметил арабский эксперт.
Петросян, конечно, считает предсказуемым противодействие США, но уверен, что ресурсы Вашингтона сокращаются в плане увеличения собственного влияния на прежние конфликтные или тематические акценты безопасности, поскольку полностью меняется картина Ближнего и Среднего Востока.
По его словам, разнонаправленные процессы урегулирования между разными странами также ослабляют гегемонию США в многополярном мире, которая уже не столь жизнеспособна.
