Главный вопрос, от которого в настоящее время зависит обещание Сержа Саргсяна сделать предстоящие выборы парламента самыми лучшими в истории Армении, состоит в том, удастся ли Армянскому Национальному Конгрессу обеспечить себе тот объем общественной поддержки, который был до октября 2008г., когда Конгресс заявил, что для поддержки Сержа Саргсяна во избежание международного давления в процессе урегулирования Карабахского конфликта, во имя интересов государства Конгресс на какое-то время прекращает митинговое движение.
Потом, в частности, из публикаций WikiLeaks-а, когда были раскрыты разные беседы Левона Тер-Петросяна с дипломатами США, стало ясно, что Конгресс вовсе не хотел поддержать Сержа Саргсяна во избежание международного давления, а просто пытался сыграть с Западом в свою игру, что, однако, как мы видели, имело бесславную кончину и Конгресс уже стал искать поддержку у России. После этого, хотя публикации WikiLeaks-а еще не появились, общественный рейтинг Армянского Национального Конгресса стал резко падать.
Дело в том, что, несмотря на отсутствие этих публикаций, своим шестым чувством общественность уже ощущала, что оппозиция перестает строить свои действия на общественном спросе и интересе, и постепенно втягивается в пучину политических отношений и игр, где общественность не видит и не чувствует себя. Результатом было то, Конгресс довольно бесславно уступил власти на выборах Совета старейшин Еревана, несмотря на то, что для обеспечения по возможности большого мобилизационного потенциала список АНК возглавил Левон Тер-Петросян. В реальности Конгресс не смог обеспечить этот действительно значимый шаг соответствующим содержанием и, главным образом, оставаясь в плоскости политических игр, не смог обеспечить максимальную мобилизацию или же минимальную для серьезной борьбы с властью.
Именно в это время стали звучать первые обвинения в адрес той части общественности, которая брала предвыборные взятки. Однако, на фоне президентских выборов, состоявшихся всего год назад, эти обвинения, по сути, мягко говоря, были беспочвенными, имея в виду то, что предвыборные взятки на выборах 2008г., как повсеместное явление, не сыграли существенной роли в вопросе распределения вотума общественного доверия.
Дело в том, что в 2008г. граждане в лице оппозиции и ее лидера видели реальное выражение гражданского интереса и четкую адресацию гражданских месиджей, а политика являлась лишь ее внешней упаковкой, формой. Результатом было то, что власть, которая в 2007г. сумела с помощью предвыборных взяток и пропагандистских манипуляций обеспечить “лучшие выборы-1”, не смогла повторить свой “ноу-хау” с той же результативностью, что год назад. Для обеспечения желаемого результата власть была вынуждена пойти на жесткие, насильственные методы.
Тогда как, всего лишь через год после этого оппозиция не смогла обеспечить то, что сделала в 2008г., т.к. за этот год гражданское и политическое поменялись местами, гражданское содержание в политической форме Конгресс превратил в политическое содержание в гражданской форме.
Результатом стало то, что общество, так сказать, нутром чувствующее фальшь, еще задолго до раскрытий WikiLeaks-а поняло, что ее интерес уже стал инструментом, а не целью, что и выразилось в том, что значительная часть ереванцев просто предпочла предвыборные взятки и пассивное безразличие всего лишь через год после гражданского пробуждения. Потом уже, WikiLeaks, по большому счету, не то что открыл глаза граждан, а просто подтвердил справедливость их предчувствий.
В настоящее время, когда власть расточает в адрес европейцев обещания провести «наилучшие» выборы, очевидно, что она надеется на спад доверия к оппозиции, а не ожидания обрести доверие граждан. Власть, Серж Саргсян очень хорошо понимает, что пропагандистскими манипуляциями и популистскими предвыборными решениями правительства можно обмануть или удовлетворить лишь ничтожный процент общества, тогда как для «наилучших» выборов этого очень мало.
Надежда Сержа Саргсяна и его власти в том, что общество, не доверяя им, не будет доверять и оппозиции, в частности, Армянскому национальному конгрессу, который, несмотря на свое значительное падение, в оппозиционном поле пока еще остается доминирующей силой по разным объективным и субъективным причинам.
Однако этой доминанты хватит лишь на то, чтобы победить другие оппозиционные силы, но вовсе не победить власть, во всяком случае, в нынешней ситуации, при нынешнем раскладе сил и обстоятельств. Причем, формирование пропорционального списка Конгресса в этом плане порождает не оптимизм, а обратные тому чувства, т.к., по сути, вместо того, чтобы стать истинным примером самого демократичного и гражданского формирования, список Конгресса претендует стать самым шумливым.
Именно в этой плоскости власть ищет свои возможности и дает обещания провести “наилучшие” выборы. То есть, власть надеется именно на Конгресс, который, к несчастью, вполне оправдывает эти надежды.
Изменится ли картина в ближайшие полтора-два месяца? Вероятно. Но вероятнее, что картина изменится только в оппозиционном поле.
