Вчерашний вердикт в отношении Хосни Мубарака дает отличную возможность оценить его эпоху, в противовес тем 15 месяцам, которые Египет прожил без “диктатора”.
Посмотрим, что получила страна, освободившись от Мубарака.
Главным достижением стали выборы с непредсказуемым исходом. Трудно сказать, насколько они были справедливыми. Еще в предвыборный период власти вывели из игры кандидатов, считающихся фаворитами.
В итоге за пост президента боролись не столь известные политические деятели. Это, конечно, не очень демократично, хотя – более демократично, чем сфальсифицированные выборы, которые проводились во времена Мубарака, когда победитель был известен заранее.
Других достижений, пожалуй, нет. Экономика в катастрофическом состоянии. Заводы работают в лучшем случае на половину мощностей, безработица достигла рекордного уровня, из иностранных туристов только бесстрашные россияне продолжают ездить в Египет.
В стране хаос, анархия, которые нашли отражение в бойне на футбольном стадионе в Порт Саиде, где погибли 74 человека.
Во внутренней политике заметны опасные тенденции. Толпа демонстрантов нападает на посольство Израиля, власти аннулируют договор с Тель-Авивом на поставку газа, а депутаты парламента требуют денонсировать мирный договор с еврейским государством, основываясь на «требовании народа».
В “освободившемся” от Мубарака Египте политическое направление во многом диктует улица. А арабская улица настроена радикально. Израиль является врагом №1, США — №2, христиане — №3. Этой улице дороги легкие рецепты, которые предлагаются исламистами. А либералы, которые стояли у истоков египетской революции, которые вышли на площадь Тахрир, не пользуются поддержкой экстремистов с улицы, что показала победа “Братьев мусульман” и салафитов на парламентских выборах.
Во времена прежнего режима они были в подполье, а сегодня власть в их руках. Что хорошего из этого выйдет, покажет время. Не исключено, что через 5 лет те же люди, которые сегодня проклинают Мубарака, выйдут на улицы с его портретами, и с ностальгией будут вспоминать времена, когда Египет находил общий язык и с Западом, и с Востоком, и с Израилем. С ностальгией о временах, когда Египет считался осевой арабской державой, которая ассоциировалась не с хаосом, а с ростом экономики и ежегодно принимала 16 миллионов туристов.
