Собеседник Первого Информационного – директор Центра Цивилизационных и культурных исследований ЕГУ Давид Ованнисян.
— Господин Ованнисян, события в Сирии все более напрягаются, и уже говорится о негативных развитиях. Какие, по-вашему, развития можно ожидать в ближайшем будущем? Возможны ли резкие шаги?
— Давление на сирийские власти все усиливается, и это делается в двух вариантах: первое – это информационное давление, второе – применение различных экономических санкций. А то, что происходит внутри страны, я в основном связываю с влиянием внешнего фактора, который не пренебрегает даже крупными кровопролитиями, и который носит в основном провокационный характер и направлен на срыв всякого рода мирной инициативы.
Считая, что ситуация все более ухудшается, тем не менее, я должен отметить следующее: прежде всего, как говорят сами сирийцы, они привыкли затягивать пояса и противостоять тяжелой экономической ситуации, если это терпение связано с надеждой достичь, наконец, стабильной и безопасной ситуации. Примечательно также, что серьезное большинство населения Сирии даже в ухудшающихся экономических условиях продолжает сопротивляться внутренним восстаниям и внешнему давлению в плане смены власти и фактически поддерживает власть.
Вторым фактором является очень серьезная позиция России и Китая, которая является препятствием на пути военного вмешательства, которое стало бы весьма вероятным, не будь противления этих держав, и целью которого является исключить Сирию, как региональный фактор, прервать шиитский пояс, представляющий цепочку Иран-Ирак-Сирия-Ливан. Пока Россия и Китай занимают такую жесткую позицию, военное вмешательство невозможно, однако, тем не менее, расходуются огромные суммы на вооружение так называемых повстанцев. Это в основном делают Саудовская Аравия и Турция, что в основном направлено на ослабление позиций Ирана, а также Китая и России.
— А какую роль играют в этой проблеме США?
— США довольно осторожны в своей политике: они напрямую не финансируют, но и не препятствуют финансированию со стороны других сил. Тем не менее, насколько становится известным, сейчас США также прилагают определенные усилия, чтобы найти какие-то компромиссные варианты, например, поиск другого лидера, который не делал бы крутых разворотов. В то же время США стали осознавать, что при свержении нынешней власти весьма вероятен приход к власти радикальных исламистов. Этим и обусловлена осторожная политика США.
— Как, по-вашему, к чему приведет свержение нынешней власти Сирии? В частности, известно, что Асад дал сирийским армянам довольно большие возможности. Как отразится все это на сирийской армянской общине?
— Асада принимают не только сирийские армяне, но и другие христианские общины, подавляющее большинство суннитской общины. Население Сирии, простые граждане больше всего ценят безопасность и стабильность, и ясно, что все это им не нравится, т.к. тогда все смешивается, появляется угроза безопасности, и голову поднимет сброд, который не имеет ни религиозных, ни политических идей, кроме желания грабить и истязать.
К сожалению, в Сирии уже есть эти признаки, но нужно сказать, что в целом сирийские власти контролируют ситуацию. Правда, доходят слухи, что люди уже стараются не появляться на окраинах больших городов, что является плохим знаком, т.к. сирийские города всегда были безопасными. В случае свержения власти ясно, что возникнет хаос, так же, как возник в Ливане, Египте. В Египте еще имеется фактор контроля армии, который удерживает дальнейшую дестабилизацию, однако, в любом случае, если сравниваем со временами до переворота, то налицо дестабилизация и снижение уровня безопасности. В Ливане также очень сложная ситуация, кровопролитие продолжается, и трудно сказать, чем завершится все это.
То же самое можно сказать об Ираке, где до сих пор еще нельзя говорить о безопасности. Такая же ситуация ожидается в Сирии: при хаосе говорить о безопасности граждан, в том числе, армянской общины, невозможно. Тем не менее, еще возможно найти компромиссный вариант и стабилизировать ситуацию, когда можно будет осуществить предложенный Кофи Ананом план или его обновленный вариант.
— Если, все же, в Сирии будут отрицательные развития и установится отмеченный Вами хаос, как это отразится на соседнем регионе Южного Кавказа?
— Если будет иметь место иностранное военное вмешательство, то сразу же обострятся отношения с Ираном. О том же заявил Китай, подчеркнув, что если появятся проблемы с Ираном, то Китай всей своей мощью поддержит интересы Ирана. Если военная интервенция будет осуществлена даже частично, то Иран вмешается, а это уже станет серьезнейшей проблемой для всего региона, будет означать ухудшение отношений между Ираном и Саудовской Аравией, которые и без того находятся в плохом состоянии, будет означать обострение ирано-турецких отношений, что, несомненно, повлияет на весь регион, в том числе, и конкретно на Армению.
— Господин Ованнисян, есть мнение, что визит Хилари Клинтон в наш регион был связан с проблемами Ближнего Востока, Ирана, и она приехала, чтобы прояснить позицию Южного Кавказа в этих вопросах. Как, по-вашему, этот визит связан с этими вопросами, а если нет, то какой тогда была цель визита?
— Я не думаю, что основной целью визита Клинтон было это. Конечно, эти вопросы существуют, это зондажная дипломатия, однако, по моему мнению, второй визит в регион за последние два года имеет важное значение в том плане, что Соединенные Штаты показывают значимость региона, тогда как, их присутствие в регионе определенным образом ослабло.
Понятно, что некоторые обсуждения по Ирану на высшем уровне, конечно, имели место. Конкретно в случае Армении для США очень важны армяно-турецкие отношения, т.к. в случае открытия турецкой границы Армении будет сложно объяснить теплые отношения с Ираном. Это, конечно, понятно, однако, также проблематично как с точки зрения безопасности Армении, так и с точки зрения безопасности всего региона.
Визит Клинтон в Грузию еще раз подчеркнул, что США стоят за ее спиной, т.к. в случае обострения ситуации Грузия первой окажется под ударом.
Что касается Азербайджана, то, полагаю, там главным было выражение поддержки США руководству этой страны в обостряющихся ирано-азербайджанских отношениях и укрепление связей между США и Азербайджаном в противовес связям Россия-Азербайджан.
