В настоящее время от различных оппозиционных политиков можно услышать заявления о том, что сейчас режим слаб, как никогда, и не может сопротивляться давлению всенародной мощной волны. Тут, пожалуй, нужно разъяснить кое-что. Во-первых, мы должны раз и навсегда принять к сведению, что давления всенародной мощной волны не выдержит любой режим – слабый или сильный. Следовательно, слабость или мощь режима – отнюдь не приоритетный вопрос. Несомненно, это важный вопрос, но он не должен быть мерой измерения.
Общество не должно руководствоваться фактором мощи или слабости режима: вот сейчас они сильны – нужно быть поспокойнее, а теперь они слабы – можно действовать более активно. Первичным является тот вопрос, существует ли в Армении та всенародная волна, против давления которой не устоит ни десятилетний, ни двадцатилетний, ни тридцатилетний тоталитаризм или диктатура, что мы и видим, например, в арабском мире. В этом смысле следует отметить, что движение еще не достигло нужной мощи. Движение добилось определенных достижений, эффективной институционализации, выкристаллизовалось несгибаемое ядро, сумело стать серьезным внутриполитическим фактором, с кем также считаются же иностранные партнеры Армении. Но сильного давления, под которым власть будет не в состоянии сопротивляться или посчитает сопротивление бессмысленным – пока нет. А вот почему его нет – совсем другой вопрос, что, возможно, требует серьезного анализа. Причин, конечно, много. Например, трудно сказать, что «внутри оппозиции что-то не так и поэтому нет желаемой мощи». Причины лежат в основе и лидера движения – Конгресса, и других сил, считавших себя оппозицией, и поведения сил, считавших себя оппозицией, а также той криминально-олигархической системы, которая достаточно укоренилась, разветвлена и оказывает сетевое влияние на общество.
Тут, пожалуй, очень важно понять особенность ситуации. Дело, в том, что так называемая армянская правящая элита не то что чем-то, скажем плотиной, закрыла путь общества к материальной, духовной, интеллектуальной, юридической свободам, а покрыло общество материальной, моральной, юридической и культурной сетью, которая, однако, не так плотна как плотина. Сеть позволяет многим проявить гибкость, адаптивность и, скажем, высунуть из дырки голову, или же руки, или другие части тела. Иными словами, правящий режим, с одной стороны, лишает общественность свободы, с другой стороны дает этой общественности возможность повозиться под этой сетью. А это оказывает серьезное психологическое влияние на общество. Внутренние процессы Армении намного быстрее генерировались бы и были бы более эффективными, если бы режим вместо сдерживания общества эластичной сетью, удерживал бы жесткой и не эластичной плотиной. Невозможно не учитывать этот факт, и, пожалуй, именно это является главной причиной, что значительная часть общества предпочитает использовать еще одну последнюю возможность эластичности, невольно адаптируясь к ситуации.
Тут можно обвинить общество за приспособленчество, но это будет самым легким и бесполезным действием. Трудным, но, пожалуй, возможным является то, чтобы в условиях эластичной сети властей, этой части общества предложили функционирующую сетевую альтернативу. В Армении, пожалуй, именно к этому должны быть обращены все гражданские мозги, их умственная и духовная энергии. Это действительно трудная задача, но, кажется, без решения этой задачи, будет очень трудно решить задачу могущественной волны, насколько бы режим не был слаб. Эта эластичная сеть позволяет также обеспечить эластичность собственного потенциала, оберегая определенные слабины от того, чтобы они не стали фатальными.
