Азербайджанское издание Vesti.Az опубликовало эксклюзивное интервью с главным редактором независимого военно-аналитического журнала “Арсенали” (Грузия), военным экспертом Ираклием Аладашвили, посвященное ситуации в зоне Карабахского конфликта и позиции Грузии в случае возобновления военных действий.
Представляем текст интервью из сайта издания без сокращений:
— На днях армянские военные заявили, что ВВС Армении могут вести боевые действия в радиусе 250-350 км, то есть в глубоком тылу Азербайджана. Насколько эти заявления, на Ваш взгляд, соответствуют действительности?
— На вооружении ВВС Армении состоят преимущественно штурмовики Су-25. Радиус их действия приблизительно 250-350 км. Поэтому, я думаю, что заявления армянских военных соответствуют действительности.
— Способны ли ПВО Азербайджана не допустить пролета вражеской авиации в тыл страны?
— Мне, как военному журналисту, трудно ответить на этот вопрос, так как достоверная информация о состоянии ПВО Азербайджана и ВВС Армении практически засекречена. Но судя по тем крохам, что публикуются в СМИ Азербайджана и Армении, можно сказать, что в последнее время вооруженные силы вашей страны значительно усилились. Это относится ко всем родам войск. Азербайджан не жалеет средств на закупку самого современного вооружения, а также и сам уже производит некоторые виды вооружения. Исходя из этого можно предположить, что вооруженные силы Азербайджана, особенно ПВО, усиливаются.
С другой стороны, Азербайджану не очень следует опасаться, так как ударные силы ВВС Армении немногочисленные. Но ведь в войне роль играет не только боевая техника, но и планирование военных действий.
— Я читал данную Вами в 2007 году газете “Квирис палитра” раскладку военно-политического баланса на Южном Кавказе. Как Вы считаете, изменился ли этот баланс спустя 4 года применительно к Азербайджану и Армении?
— Если сравнивать военные бюджеты Азербайджана и Армении, то здесь, конечно, огромный дисбаланс. Военный бюджет Азербайджана не идет ни в какое сравнение ни с бюджетом Армении, ни тем более с бюджетом Грузии. Кстати, после августовской войны 2008 года военный бюджет Грузии только уменьшается.
Если говорить о численности армий и количеству вооружения Азербайджана и Армении, то даже известные нам сухие цифры говорят о том, что на сегодняшний день о каком-то военном паритете не может быть и речи. Хотя, надо иметь в виду и фактор самопровозглашенного Карабаха, “вооруженные силы” которого вместе с армянской армией будут противостоять Вооруженным силам Азербайджана.
— Насколько велика вероятность возобновления “горячей фазы” армяно-азербайджанского конфликта вокруг Нагорного Карабаха?
— Вероятность – очень большая. Там, на линии соприкосновения азербайджанской и армянской армий регулярно идет стрельба, “работают” снайперы. Но я уверен, что вряд ли вооруженное столкновение между Азербайджаном и Арменией продлится более нескольких дней – его будут вынуждены прекратить под давлением международных организаций и таких стран, как Турция, Россия и США. Но за этот короткий период стороны постараются максимально передвинуть в свою пользу границы контролируемых ими территорий.
У меня вызывает обеспокоенность то обстоятельство, что в случае начала войны между Азербайджаном и Арменией, Грузия не сможет остаться в стороне. Как Вы знаете, на территории Грузии компактно проживают и азербайджанцы, и армяне. Кроме того, я не исключаю боевых действий на стыке границ трех южнокавказских государств, например, в районе так называемого “Красного моста”. Возможны и артиллерийские перестрелки. Также не исключено использование местного населения Грузии. Например, проживающие в Грузии азербайджанцы могут вести диверсионные действия на железнодорожных путях, ведущих в Армению, а армяне – против нефтепровода, идущего из Азербайджана через Грузию. В 90-х годах уже были подобные случаи.
— Следует ли ожидать от предстоящей в Казани встречи президентов Азербайджана, России и Армении прорывных решений в деле урегулирования Карабахского конфликта?
— То, что такие встречи происходят, уже прорыв. Я, как военный журналист, освещал несколько войн, поэтому знаю: нет ничего хуже войны. Главное – избежать войны, особенно исходя из нашей войны 2008 года.
