Лидер ППА Гагик Царукян оказался практически неспособным объяснить, зачем ему нужен депутатский мандат в новой ситуации. Этот вопрос задал ему лидер партии «Светлая Армения» Эдмон Марукян в ходе дебатов на Общественном телевидении с участием лидеров всех политических сил, участвующих в парламентских выборах. Но этот вопрос интересует не только Марукяна, и, следовательно, проблема не в столкновении политических интересов только лишь двух сил. Здесь сталкиваются интересы общества и крупного капитала, и это – некая проблема, которая и была одна из ключевой в Армении на протяжении четверти века, постепенно все больше усиливаясь в контексте сращивания бизнеса и власти.
Зачем этот мандат был нужен Гагику Царукяну в прежней системе, пожалуй, не нуждается в объяснении. Таков был характер прежней системы. Здесь, конечно, есть интересное противоречие. С одной стороны, если бы не было этого характера, то Царукян едва ли стал одним из самых богатых людей Армении, а с другой стороны, став таковым, он, по сути, был вынужден вовлечься уже и в политику, в некое некомфортное и даже опасное для него поле, где Царукян на протяжении более 10 лет был одной из самых удобных мишеней в процессе выяснения внутриполитических отношений, в рамках известного треугольника бывших президентов. Бархатная революция для него стала возможностью, но здесь Царукян, казалось бы, оказался в противоречивой ситуации. Он рассматривал и рассматривает революцию как возможность достижения в политике еще большего, нежели в прежней системе, где он был, так сказать, утвержденным вторым. Тогда как революция для него является возможностью плавно выйти из политики, таким образом также возможностью оставить системный и исторический след в политике, когда представитель крупного капитала своим примером разделит бизнес из политику, отключив от режима непосредственного сращения, и этим самым сделает шаг если не для немедленного преодоления столкновения общественного интереса и крупного капитала в политике, то, как минимум, в направлении значительного ослабления.
Тогда как в политике он, практически, идет на продолжение столкновения, где, однако, вновь окажется в роли мишени. В конечном счете, мандат для него впредь не будет защитой, потому что меняется логика и механизм политики как таковой. И если на фоне характера прежней системы Царукян рассматривался как «народный», то на фоне народной системы Царукян уже будет рассматриваться в совершенно обратной логике, и проценты ППА на выборах в Совет старейшин Еревана были доказательством именно этого, а не следствием продиктованного Пашиняном «белого и черного». Царукян утратил начерчивающий его роль фон, а не цвет его изменился на выборах в Совет старейшин Еревана. Этот фон больше не восстановится, следовательно, лидер ППА находится в логике «антинародного» позиционирования, потому что его популярность впредь будет генерироваться вне политики, а не посредством нахождения в политике. Но это, конечно, едва ли кто-то ему растолковывает, потому что преподнесение ему таких механизмов и схем в глубинной политической логике не обещает «подносителям» крупных «чаевых».
