Россия потеряла, наверно, счет угрозам Запада в свой адрес, но в ответ на эти угрозы Россия не отступила ни на шаг из Крыма и продолжает то, что начиналось с захвата парламента Крыма со стороны людей в масках и цепью известных событий в дальнейшем. И там прошел референдум по статусу полуострова, результаты которого международное сообщество отказывается признавать.
Соединенные Штаты выбросили на рынок пять миллионов баррелей нефти из своих запасов, в результате чего мировые цены на нефть на биржах упали на 2 процента; в Австрии был арестован один из российских олигархов, имеющих отношение к Газпрому, по подозрению в создании преступной группы; по требованию американских органов правопорядка канцлер Германии Меркель заявила, что у Германии нет зависимости от российского газа. Уже несколько дней говорят о финансовых санкциях, но в России не наблюдается никакого колебания, сомнения или отступления.
Это является очевидным серьезнейшим международным правовым кризисом, сущность которого, однако, заключается не в нарушении этого права, а в том, что, в сущности, сейчас становится ясно, что международная общественность, кажется, не имеет формулы по борьбе с подобным нарушением права. Международная общественность явно встала перед фактом и не знает, как двигаться вперед.
Если смотреть на соотношение сил, то здесь, конечно, все говорит в пользу международного сообщества, Россия осталась одна, изолируется от так называемых передовых позиций в международной политике, однако, вместе со всем этим, возникает вопрос — ну и что, если Россия решила силой, насилием и с цинизмом присоединить к себе часть территории суверенного государства? Ведь возникают вопросы – где же предел возможностей России, где проходят границы Запада по ее сдерживанию, где проходит граница международной безопасности?
Эти вопросы особенно важны для таких небольших государств и народов, как мы, хотя и для больших государств они не менее важны, так как если этот кризис в международном праве не будет преодолен, то возникает, в сущности, угроза изменения международного статус-кво и целый ряд непредвиденных событий. И это, в первую очередь, беспокоит с точки зрения позиций Армении, так как мы расположены в важном геополитическом регионе; у нас существует карабахская проблема и армяно-турецкий вопрос; мы живем по соседству с Ираном; мы продолжаем иметь большую общину в Сирии, что, кажется, оставлено на второй план, и неизвестно, что может там произойти; мы имеем также российскую военную базу в Армении, которая, возможно, завтра станет плацдармом против нашего непосредственного соседа – Грузии, если вдруг Россия, воодушевленная успехами в Крыму, и поощряемая безысходностью Запада, решит, пока не поздно, настал подходящий момент, завершить начатое в Грузии в 2008-ом.
У нас есть много проблем, предметов для беспокойства, а международное сообщество, кажется, не имеет ответа ни на один вопрос. А в то время ситуация продолжает напрягаться. Что же делать в таком случае? Это вопрос не только глобального уровня, а уже и внутриармянского. В конце концов, не исключается также, что в глобальном масштабе есть ответы на многие вопросы, однако они ожидают своей очереди на проявление или озвучивание. Однако, от этого, конечно, наша проблема не становится меньше.
Мы, по своей части, то есть по части Армении, не можем получить информации, необходимой для ориентировки, и это в том случае, когда напряженность достигла уровня, при котором даже неверный на четверть шаг может иметь последствия нескольких неверных шагов, сделанных, в так называемое, в мирное время.
Однако, самое странное в том, что у властей в Армении не наблюдается желания, заинтересованности найти ответы на данные вопросы. Кажется, что всех удовлетворил «ответ» Януковича – в крайнем случае, можно сбежать, не исключается, что даже к нему. Как говорится, за компанию можно и повеситься, тем более, что в жизни армянской элиты власти веселые компании имеют больше значения, чем государство. Хоть и трудно представить, что найдется в Армении человек, который сомневается в невеселом конце Януковича.
