Собеседник Первого Информационного – заместитель министра юстиции Григор Мурадян.
— Господин Мурадян, в Армении существует конституционный кризис?
— В настоящее время, конечно, нет. Если Вы это связываете с необходимостью реформ, то не только наличие кризиса обусловливает важность и необходимость реформ.
— Для чего, в таком случае, делаются эти реформы?
— Их необходимость обусловлена тем, что целый ряд политических сил, которые, я полагаю, представляют огромные массы нашей общественности, неоднократно и на протяжении многих лет, озвучивал основные проблемы изменения формы управления, избирательной формы. Есть также необходимость реформ, которые непосредственно обусловлены мнением специалистов. В частности, направленные на решение проблем, связанных с более реалистичным закреплением социальных прав, которые относятся к разделу о правах человека.
— А почему конституционные изменения инициируют юристы, а не политические силы?
— Конституционные изменения инициировал президент РА, то есть, руководитель страны, обладающий основным мандатом, который сформировал довольно представительскую профессиональную комиссию. Там уже определяют конкретные направления и механизмы этих реформ.
— А до инициирования, почему это не обсуждалось с другими политическими силами?
— Руководитель политического органа сам решает, обсуждать этот вопрос с политическими силами до инициирования, или после, поскольку это входит в его полномочия.
— Существует мнение, что конституционные изменения в действительности будут служить сохранению власти Сержа Саргсяна.
— После заявлений президента РА о том, что в случае перехода к парламентской системе управления, он не станет премьер-министром, я не понимаю, как в результате конституционных изменений, может сохраниться эта власть.
— С. Саргсян останется председателем РПА, и станет председателем Национального Собрания.
— Это проблема дальнейших событий, и не имеет никакого отношения к конституционным реформам. Председателем Национального Собрания может быть избран любой депутат.
— А комиссия конституционных реформ независима?
— Я могу ответить за себя. Мнения, которые я представляю там, никто не диктует мне. Представляю, руководствуясь своими профессиональными представлениями, и своим видением будущего страны.
— Конституционные изменения инициировал президент РА, который также является председателем правящей Республиканской партии. В комиссии есть еще два члена РПА – Давид Арутюнян и Грайр Товмасян. Создается впечатление, что эти изменения осуществляются для С. Саргсяна и РПА.
— В комиссии члены РПА не составляют большинство.
— В таком случае, почему в комиссии нет ни одного оппозиционного деятеля?
— Это не обязательно, чтобы в профессиональной комиссии были оппозиционные деятели. С оппозиционерами ведутся политические совещания относительно уже разработанного проекта.
— В таком случае, пускай исключили бы также и участие РПА в комиссии.
— Те лица, которые входят в комиссию, там находятся не как республиканцы, а как специалисты, юристы, конституционалисты.
— Тем не менее, Вы исключаете, что С. Саргсян не для себя инициировал конституционные изменения?
— Я не понимаю логику постановки вопроса. Президент РА ясно заявил, что в случае сохранения полупрезидентской формы управления, он не будет выдвигаться, как президент, и в случае перехода к парламентской системе управления, как премьер-министр. И в политическом плане я не вижу возможности отступления.
— Но и не говорил, что не займет какую-нибудь другую высокую должность, например, должность председателя Национального Собрания.
— А Вы почему должны исключить, что действующий президент не может претендовать на какую-нибудь высокую должность? На Ваш взгляд, это было бы логично?
— Вероятно, именно поэтому он пытается приспособить Конституцию, чтобы в дальнейшем получить должность с большими полномочиями.
— Конституцию никоим образом нельзя приспособить так, чтобы чиновник, не являющийся главой государства, руководителем правительства, имел бы огромное влияние на политическую и государственную жизнь.
