Это ненормальная ситуация, когда государство-стратегический партнер страны вооружает ее противника современным оружием, а союзное государство уперто не дает никакого адекватного ответа.
Давайте на минуту представим, что бы сделали власти Израиля, если бы Соединенные Штаты продавали современное оружие Сирии, Ливану, или Палестине. Вряд ли власти Израиля промолчали бы, и тем более, заявляли, что «ничего, все равно мы не собирались сделать что-то». Турция всего лишь делала какие-то шаги, чтобы подписать и ратифицировать протоколы относительно открытия границ с Арменией, а азербайджанские власти уже заявляли одно недовольство за другим в отношении этой политики турок, считая это ударом со спины. А мы, наши власти, «батраки» нашей государственной политики, никоим образом не выразили свое недовольство, или обеспокоенность в связи с российско-азербайджанской сделкой, никак не осмелились обязать Россию на официальном уровне принять обеспокоенность Армении, и публично развеять ее.
Дело в том, что это проблема государственного достоинства, государственной субъектности. Этим мир составит мнение о политической субъектности Армении, этим мир измерит, как можно вообще говорить с Арменией в том или ином случае, и какие параметры и стандарты существуют в государственных представлениях Армении относительно внешней политики, стратегического партнерства, стратегического союзничества. Но вместо всего этого, Армения не только молчит, но и начинает оправдывать Россию. Как отнесется мир к такому государству, что подумает об этом государстве?
Власти Армении, вероятно, думают, что если во время протокольных встреч они выражают восхищение достижениями Армении, и несколько хвалебных слов говорят об армии Армении, значит, Армению воспринимают в качестве субъекта международной политики, с которым можно серьезно говорить о проблемах мировой политики, и сценариев развития событий. Однако, в реальности, Армения таким своим поведением, как, скажем, оправдание антиармянской и антисоюзнической сделки России, не может претендовать на то, что может серьезно восприниматься в качестве партнера в каком-нибудь серьезном политическом проекте, или процессе, поскольку такое восприятие в мире формируется по шкале таких стандартов и параметров, которые существуют в данном государстве в отношении других государств, будь то союзников, партнеров, или просто соседей. Если ты сам себя не ценишь, не придаешь значения достоинству собственного государства, и делаешь шаги, которые нужны не тебе, а союзнику, предавшему тебя, ты не можешь восприниматься, как серьезное государство. Ты можешь восприниматься, как единица, имеющая серьезные, основательные проблемы, которая на пути становления государством вышла из дома, но и государством не стала, и не вернулась домой. Эту единицу могут пожалеть, могут помочь, как потерявшемуся ребенку, могут показать дорогу, но никогда не будут относиться, как к взрослому человеку, с которым можно развернуть серьезные обсуждения.
Мы показываем кулаки нашему противнику, или врагу, однако боимся показать наше недовольство нашему стратегическому партнеру. Это парадокс, который не может иметь отношение к понятию «государство». А 21-ый век, к сведению правящего класса Армении, тем не менее, будет веком государств, а не парадоксов, сколько бы звучных имен и лозунгов не было положено в основу этих парадоксов. В 21-ом веке исчерпаются парадоксы, а не идея государства.
