Сайт Al—Jazeera опубликовал статью бывшего министра иностранных дел Армении, ныне депутата парламента Вардана Осканяна относительно Карабахского урегулирования под заголовком «Достигнут ли Армения и Азербайджан решения путем переговоров?».
Статья в переводе на русский приведена ниже:
На фоне событий, происходящих на Ближнем Востоке и в Украине, никто, как кажется, не должен терпеть больше в каком-либо другом месте кровопролития и напряжения.
За последние две недели, нарушения режима прекращения огня на линии соприкосновения между вооруженными силами Армении и Азербайджана, существенно вышли за рамки обычных, и слабых перестрелок, причинив два десятка жертв обеим сторонам.
Когда на Кавказе Карабахский конфликт, находящийся долгое время в пассивном состоянии, но постоянно вспыхивающий, показал признаки взрыва, ООН, США, Россия, Евросоюз, Иран и многие другие страны поспешили делать призывы о незамедлительном возобновлении прерванных переговоров, соблюдении соглашения о перемирии, о проявлении сдержанности.
Действительно, 9-го и 10-го августа президенты Армении и Азербайджана вместе с президентом России Владимиром Путиным встретились в туристическом городе России – Сочи. Несомненно, соблюдение режима прекращения огня, и продвижение в мирном процессе, были основными пунктами повестки дня. Склонность к этим целям – это одно, а их реализация – совсем другое. Преобладающие обстоятельства, однако, вряд ли способствуют их осуществлению.
В мире единственное в своем роде перемирие с 1994-го года сохранилось по двум причинам: военного равновесия между конфликтующими сторонами и надежды в отношении продолжающихся переговоров. За последние три года оба этих сдерживающих фактора серьезно нарушались.
Судя по огромной разнице нынешних бюджетов обороны Азербайджана и армянской стороны (Армения и Карабах), и по несоразмерным приобретениям военной техники со стороны Азербайджана, в Азербайджане считают, что имеют преимущество с точки зрения военного соотношения сил.
Кроме этого, неэффективность мирных переговоров последних лет, когда разница и противоречия между сторонами еще больше углубились и расширились, и параллельно с этим прекратились переговоры на высшем уровне, вызвали разочарование в отношении перспектив мирного урегулирования.
По этой причине, есть большая вероятность того, что целью последнего обострения ситуации была проверка военного равновесия, и привлечение внимания основных игроков на конфликт, и возобновление переговоров на высшем уровне.
Право на самоопределение?
Есть три фактора, которые постоянно влияли на процесс мирных переговоров и мирного урегулирования. Первый – это глобальные и региональные интересы сверхдержав, и их нынешние взаимоотношения. Второй – это тенденции, преобладающие в международных отношениях, которые проявляются в повестке дня и решениях международных организаций (таких, как ООН и Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе). Третий фактор – это нынешнее собственное социально-политическое состояние конфликтующих сторон, и их способности и желание для формирования мирного процесса.
За все эти двадцать лет, в течение каждой стадии дипломатической деятельности эти три фактора всегда были влиятельными, хотя в прошлом не столь ощутимыми, как сегодня. Более того, все они в прошлом никогда не были в таком непредсказуемом состоянии.
Россия и США – двое из трех посредников Карабахских переговоров, имеют разногласия, и не могут прийти к соглашению вокруг основных глобальных проблем, включая вопрос Украины и Сирии. Их интересы не совпадают также и на Кавказе. Эта ситуация интересна, и может стать обоюдоострым мечом. Можно предположить, что постоянное измерение сил между ними повлияет и на карабахские переговоры, однако, возможно также, что обе стороны используют это как возможность, стремясь улучшить отношения. Все зависит от развития событий. Однако воды еще больше замутились, если учесть противоположные позиции России и США в вопросе этнических конфликтов и движений по самоопределению.
Россия, которая в Косово выступила, как она охарактеризовала, против одностороннего узаконивания самоопределения, сделала то же самое, признав независимость Южной Осетии и Абхазии. Совсем недавно Россия в срочном порядке признала результаты референдума Крыма, присоединив его к себе.
Другими словами, хотя и Запад, и Россия поддерживают усилия по самоопределению, они это делают выборочно, и односторонне. Именно здесь таится опасность. Это противоречивое положение, которое создали крупные игроки в подходах относительно конфликтов, потребует деликатного дипломатического маневрирования сторон и посредников. Во время развала Советского Союза население анклава Нагорного Карабаха, 80% которого составляли армяне, выбрали самоопределение посредством проведения референдума, и отделения.
В международных организациях наблюдаются большие тенденции. Несмотря на тот факт, что некоторые движения самоопределения за последнее десятилетие закончились достижением независимости и государственности, как в случае Южного Судана, Восточного Тимора, и Косово, в первых двух случаях членством в ООН, международные организации продолжают вести выборочную и двоякую политику в вопросе феномена самоопределения, и до сих пор нет стандартов, принципов и правовых рамок для более развитой и грамотной политики.
Тем не менее, ясно одно: самые ранние предположения относительно радикальных причин требований самоопределения (этническая и религиозная ненависть, крайнее проявление национализма, неуместные исторические притязания, внешняя манипуляция), и рамки их урегулирования (стандартный подход, страх эффекта домино, быстрая демократизация, усмирение собственных целей со стороны этнических групп, взамен на обещание защиты прав человека, развития демократии) были поставлены под сомнение, и стали уязвимыми. Доказательством является достижение независимости некоторыми движениями, а также упорство многих, в том числе и Нагорного Карабаха.
Сценарии
Основной вопрос в том, каким будет выход из этой полувоенной ситуации. Какова заключительная стадия? Есть ли жизнеспособное политическое решение?
Существует три возможных и не новых сценария. Первый – это сохранение стабильного статуса-кво. Второй – вспышка войны и формирование новой ситуации на практике. Третий – решение путем переговоров.
Хотя большая часть международного сообщества, в том числе и посредники, не примут первый сценарий, как неприемлемый, и нецелесообразный, но не обязательно это будет именно так. Есть множество исторических примеров, когда нереальная альтернатива становилась предпочитаемым реальным решением.
Трудно представить второй сценарий – войну. У армян нет причин, чтобы начать войну. Если азербайджанцы начнут войну, это будет их второй попыткой, и они достигнут успеха, только если будут направлены на «окончательное решение». Это будет огромным риском для Азербайджана, больше, чем для армянской стороны, учитывая их полную зависимость от экспорта энергоносителей и транзита.
И наконец, существует третий сценарий – решение путем переговоров. Это очевидно является самым желаемым сценарием, но потребует существенных компромиссов. Переговоры продолжаются уже двадцать долгих, напряженных лет, в ходе которых было предложено пять серьезных предложений. Четыре из них отклонили, одно продолжает оставаться на столе переговоров.
Мирное решение Карабахского конфликта требует двух параллельных шагов – гарантии невозобновления военных действий и четкой программы для достижения урегулирования.
Это вызов, с которым столкнулись армяне и азербайджанцы. Стабильный мир будет установлен тогда, когда каждая сторона примет минимальные, а не воинственные и максималистские требования другой стороны. До этого, каждая сторона должна достичь внутреннего удовлетворительного консенсуса в своей позиции в переговорах. Этого пока что не произошло.
