Собеседник Первого Информационного – председатель Центра права и свободы, правозащитник, бывший советский диссидент и политзаключенный Вардан Арутюнян.
— Господин Арутюнян, уже несколько дней в различных марзах начались митинги «тройки». Вы всегда были рядом с обществом, где Вы сегодня, и насколько понятны для Вас требования, выдвинутые со стороны «тройки»?
— Я всегда там, где нахожусь, я не двигаюсь с места, уже долгие годы иду по своему пути. Что касается митингов, то они очень логичные, даже запоздалые.
Конечно, не я должен давать оценки, организаторы знают, что, когда организовать, но я, как активный гражданин, армянин, который хочет, чтобы в стране произошли положительные изменения, являюсь сторонником и митингов, и многолюдных акций протеста, потому что в Армении не найдется ни одного человека, который скажет, что в стране все нормально, не нужно проводить митингов, и требовать изменений. Я слежу за ходом митингов, надеюсь, что они хотя бы в этот раз приведут к желаемым для народа результатам. Митинг организовывает политическая сила, или силы, но проводит его народ. Когда соберется столько народа, сколько должно собраться, а народ, я считаю, должен собраться, потому что каждый должен прийти на площадь для решения собственных проблем, только тогда мы сможем надеяться на изменения.
— Господин Арутюнян, а насколько требования «тройки» являются, исходящими действительно из интересов народа, и понятными для общества? Имею в виду то, что одним из этих требований является приостановление конституционных изменений. Не предлагают ли этим сделку властям неправительственные силы?
— Я считаю, что требованием номер один должно быть требование смены власти. Наверно, нужно спросить у них, исходя из каких аргументов политические силы, планирующие и осуществляющие эти действия, составили свой список требований. Но я считаю, что виновником проблем, возникших перед Республикой Армения, является вовсе не Конституция РА. Напротив, Конституция долгое время служила нам, и довольно хорошо, у народа нет никаких оснований менять ее. Власти ставят перед собой непонятные для меня задачи. Есть люди, которые говорят, что это делается с целью воспроизводства, отмечают также и другие причины. Я считаю, что этот шаг властей неуместный. Если политические силы смогут с помощью митингов добиться того, чтобы не было конституционных изменений, это не будет считаться успехом, по крайней мере, для меня. Успехом будет отстранение этих властей от рычагов власти.
— Но почему требование о смене власти не звучит на митингах «тройки»?
— Ну, это нужно спросить у организаторов митинга. Но я смотрел митинг в Абовяне, такое требование звучало.
— Но оно не прозвучало со стороны лидирующей силы – ППА.
— Я не знаю, кто там является лидирующей силой. Я знаю, что существует «тройка», а то, что внутри существует поочередность сил, я этого не знаю. Мне симпатичны все силы, которые выступают против этих властей.
— Какие у Вас ожидания, можно ли митингами добиться изменений, когда мы знаем, что есть также проблема отсутствия доверия.
— Митинги – это единственный демократичный способ, которым оппозиции, получив поддержку народа, могут в мире достичь изменений. Недавно я сказал, что в Армении становится трудно использовать этот демократичный рычаг, потому что власти выводят против политических сил, против народа не своих бритоголовых головорезов, не свои интеллектуальные способности, а выводят танки и автоматы. Мы это видели, в нас уже стреляли. На этом фоне надеяться на то, что эти митинги с помощью народа могут достичь больших успехов, конечно, желательно, но трудно представляемо. Лица, уже однажды захватившие власть в результате выстрелов, я думаю, вновь готовы к этому шагу, но это не означает, что нужно отчаиваться. Это означает, что нужно быть готовыми к более решительным способам борьбы.
— Какие решительные способы борьбы остались?
— Много решительных способов борьбы. Кроме вооруженного восстания, все остальные способы борьбы лично для меня приемлемы. Огромное ополчение людей, которое уже однажды было, если не повторять ошибок прошлого, даже их танки больше не смогут выстрелить.
— Представляете в 21-ом веке буржуазно-демократическую революцию, особенно в том случае, когда ее возглавляет криминальный олигарх?
— Я не знаю, кто возглавляет, я знаю, что лозунг «буржуазно-демократическая революция» сказал человек, который совершенно не имеет никакого отношения к криминалу, у которого никогда не было криминального прошлого.
— Речь идет о Гагике Царукяне?
— Из уст Гагика Царукяна, кроме слов «само по себе», я ничего другого не слышал. Я не слышал, чтобы он говорил «буржуазно-демократическая революция», не слышал, чтобы он делал политологический анализ, выступал с большой политической речью. Поэтому, комментировать Гагика Царукяна, как политического оппонента, я не могу. Но человек, который говорил о «буржуазно-демократической революции» имеет все права и полномочия, чтобы заявлять об этом. Сейчас насколько я с этим согласен, нужно ли это, или нет, с какими силами он должен это сделать, это уже другая проблема, но то, что у него есть это право, и он не имеет отношения к криминальным элементам, в этом я не сомневаюсь. Я считаю, что политическая повестка дня, сформированная сегодня в Армении, обусловлена им. Не важно, кто, что говорит, или хочет, чтобы я сказал, важно то, что человек несколько лет назад заявил о политической программе, и шаг за шагом пытается осуществить эту программу, используя Вас, меня, Вашу газету, используя Гагика Царукяна, предлагая использовать также и себя. Он видит решение политической проблемы, которая может спасти, или принести успех нашей стране, и он работает в этом направлении.
— Только «буржуазно-демократическая революция» может привести к изменениям?
— Это его мнение. Я считаю, что ополчения многотысячного народа будет достаточно для устранения этих властей, после чего можно приступить к осуществлению различных революций, или программ. Потому что у этих властей нет политической повестки дня, они не преследуют политические программы, и не могут преследовать. Во-первых, именно они криминальные, именно они олигархические, а не те, кого Вы имеете в виду. По сравнению с другим олигархами, власти РА, которые надели политический костюм, и людям кажется, что это политические деятели, они являются олигархами. Их семьи управляют бизнесом Армении. Когда в Армении кто-то спрашивает меня, является ли Гагик Царукян олигархом, я отвечаю, что конечно, Гагик Царукян является олигархиком, потому что олигархи – это те, кто проводит красные линии на наших дорогах, которые просыпаясь утром, сразу требуют денег с вас, если не заплатите, не сможете выйти из дома. Олигархия и криминал – это власти Республики Армения. Все остальные, кто против сегодняшних властей Армении, не криминальные элементы.
— Но, отмеченному Вами олигархику, власти дали возможность для процветания.
— Власти, которые дают возможность для процветания мне, или Вам, или кому-то другому, уже являются преступными, потому что возможность должна быть дана всем. Если они дают возможность Амбарцуму, Левону, Киракосу, Гагику, и другим избранным людям, то это означает, что не избранные виновны, а сами власти, которым кажется, что им дано право распоряжаться судьбой людей, создавать будущее людей, позволять, или не позволять иметь бизнес, жить, или не жить в Армении. Когда власти присвоили себе это право и говорят, что мы единственные, мы будем распоряжаться всем, члены наших семей и люди из близкого окружения, на их фоне никто не может быть преступником. На этом фоне я не вижу олигархов.
— Человек, который разбогател при этих властях, сможет когда-нибудь поставить требование о смене власти?
— Люди, у которых есть определенное воспитание, которые больший отрезок своей жизни прожили, предположим, по представлениям криминального мира, по представлениям захвата, воровства, присвоения чужого имущества, им чрезвычайно трудно измениться. Они могут сменить свой костюм, изменить поведение, но все равно, ничего не получится, потому что это очень трудно.
