Нагорно-Карабахский конфликт и армяно-турецкие отношения неразделимы. Об этом в беседе с Первым Информационным сказал инициатор акции «Прощение» в 2008г, старший научный сотрудник Стамбульского центра политических исследований, турецкий ученый Ченгиз Актар, комментируя парижскую встречу Олланд-Эрдоган и заявления турецкого президента во Франции в связи с 2015г, когда исполнится 100-летие Геноцида армян в Османской империи.
Касаясь встречи Олланд-Эрдоган, в ходе которой стороны обсудили результаты состоявшейся ранее в Париже встречи Саргсян-Алиев, он сказал, что в процессе мирного урегулирования Нагорно-Карабахского конфликта Турция – незначительный игрок. «Азербайджан, Армения и Россия – в главных ролях, даже другие страны-сопредседатели не так важны, как Россия. Ни Турция, ни Франция – не могут решить судьбу Нагорно-Карабахского конфликта, Россия играет решающую роль. Если Россия не согласится, к примеру, с достигнутыми во Франции договоренностями, то ничего не произойдет, всегда так и было: стороны должны ждать и видеть, как отреагирует и что решит Россия на той или иной встрече. Мы видели сотни таких встреч, обсуждений, разговоров, но ничего не происходило», — говорит Ченгиз Актар. Но он также отметил, что процесс карабахского урегулирования и армяно-турецкие отношения неразделимы, поскольку они глубоко взаимосвязаны, и Турция ставит предусловия перед Арменией, требуя вывести войска из Нагорного Карабаха. Но в действительности, Турция понятия не имеет, что происходит в зоне Нагорно-Карабахского конфликта.
«Посмотрим, что произойдет после Парижа, но я сомневаюсь, что после Парижа будет успех. Считаю, что единственный путь для Турции – стать игроком в регионе и открыть армяно-турецкую границу», — сказал Ченгиз Актар.
Он также посоветовал, что не нужно парижские заявления президента Турции воспринимать всерьез, т.к. это позиция турецких властей на протяжении десятилетий. «Турция на протяжении лет повторяет, что вопрос должен быть оставлен историкам, но историки уже решили и свою позицию в связи с событиями 1915г уже выразили, рассматривая их как геноцид. Я не думаю, что они примут конкретные решения в следующем году. Я не думаю, что произойдет нечто большее к 100-летней годовщине Геноцида, чем его извинение», — отметил он.
