Собеседник Первого Информационного – депутат парламента, член депутатской группы Армения-Грузия Эдмон Марукян.
— Как Вы оцениваете процессы, происходящие в Грузии в последние дни, в частности отстранение от должности министра обороны, чему последовала отставка министра иностранных дел. Что происходит в Грузии, возможно, это политический кризис, и какие последствия могут быть?
— Грузия для нас очень важная страна. Я неоднократно отмечал, что она даже важнее для нас, чем сверхдержавы Россия и США, с которыми у нас очень серьезные и глубокие отношения, потому что для нас это единственная сухопутная территория для грузоперевозок, импорта и экспорта различных товаров. Следовательно, нам не выгодна какая-либо дестабилизация. Я бы не сказал, что в Грузии кризис. Я считаю, что в политическом поле происходят определенные перестановки. Возможно, эти перестановки связаны с тем, что «Грузинская мечта» состоит из различных сил, и рано или поздно должны были произойти перестановки, и сейчас это происходит. Возможный выход партии под руководством Аласании из «Грузинской мечты» приведет к тому, что в грузинском парламенте у «Грузинской мечты» не будет соответствующих мандатов, которыми можно будет провести любой закон, или заблокировать любой вопрос. Лидеры «Грузинской мечты» должны попытаться сформировать новую коалицию с внепарламентскими, или парламентскими силами, которые не входят в коалиции.
Естественно, начнется усиление оппозиционного полюса, поскольку Аласания имеет серьезный авторитет в Грузии, и, по сути, выходит против грузинских властей, проотив «Грузинской мечты». Вдобавок к этому еще и заявления Саакашвили о том, что он возвращается в политику, чтобы, как он сам сказал, спасти Грузию от этой ситуации.
Для меня не было неожиданностью, что Саакашвили в какой-то момент вернется. То есть, он ждал, что общественное недовольство достигнет какого-то уровня, и он попытается воспользоваться этим недовольством. Я думаю, Саакашвили и усиливающаяся грузинская оппозиция окажутся в одном полюсе, против «Грузинской мечты».
-Насколько это может быть обусловлено внутриполитическими, и насколько внешнеполитическими факторами, потому что Аласания говорил, что здесь, кажется, присутствует российский фактор?
-Ничего нельзя исключать. По сути, скажу, что после прихода к власти Иванишвили и его команды, постоянно говорилось, что это результат влияния российских сил. Но в плане внешнеполитической ориентации никаких изменений не произошло, поэтому я это не воспринимал всерьез. После их прихода, евроинтеграция последовательным образом продолжалась, Ассоциативное соглашение было подписано, переговоры продолжаются, существует свободный визовый режим, связанный с глубокой и всеобъемлющей торговлей. Во-втрорых, интеграция в НАТО, поскольку Грузия продолжает заявлять, что хочет интегрироваться в НАТО, и считает это основной гарантий своей безопасности. Я не воспринимаю всерьез наличие российского фактора здесь, потому что в результате этого следовало ожидать изменения внешней политики, если не полного изменения, то хотя бы определенного.
