Накануне распространилось сообщение о том, что 20-го января 2015-го года Гагик Царукян созовет конференцию. В сообщении отмечается, что в ней могут участвовать политические силы, гражданские инициативы, общественные организации, частные лица и так далее. Председатель ППА хочет развернуть обсуждение в подобном широком формате, считая его форматом парламентского характера.
Говорится также, что это личная инициатива Гагика Царукяна. По сути, лидер ППА после открытия своей роскошной пятизвездочной гостиницы, пытается напомнить обществу, что он, тем не менее, является политическим лидером, и от него нужно ожидать также и политическую роскошь. Наверно, именно для политической роскоши Царукян собирается провести довольно объемную, представительскую конференцию.
Первым, конечно, бросается в глаза именно то, что Царукян выступает с личной инициативой, выделяясь среди своих неправительственных партнеров. Будут они на конференции или нет, сегодня, естественно, трудно сказать, но то, что они не участвуют в организационном процессе, уже интересно. И это может стать предзнаменованием определено новых процессов в неправительственном полюсе. Год в этом смысле заканчивается на интересной ноте.
После октябрьских митингов, вместо укрепления единого сотрудничества в рамках неправительственных сил, больше начали появляться некоторые разногласия, связанные с повесткой дня и предстоящими действиями. Параллельно с этим, признаки сотрудничества появились в другом направлении – ППА-ПОЕ. Председатель ПОЕ Артур Багдасарян завершил год публичной информацией о встрече с Царукяном. До этого стороны, по сути, избегали подобных открытых заявлений о встрече. Более того, Артур Багдасарян обнародовал какую-то часть договоренности о том, что они с Царукяном помогут друг другу в случае необходимости.
Кроме этого, в парламентских собраниях неправительственных сил впервые участвовал представитель ПОЕ. Таким образом, в конце года появились некоторые проблемы в рамках «учредительной тройки», и обозначились грани сотрудничества на плоскости ППА-ПОЕ.
Вот на этом фоне личная инициатива Гагика Царукяна может стать в неправительственном полюсе свидетельством определенной переходной стадии, когда происходят перестановки в полюсе, процесс изменения статуса-кво, или скорее, ППА решает переформатировать неправительственный полюс, и не исключено, что это обусловлено разногласиями в рамках «тройки».
В конце концов, для «Процветающей Армении» очевидно, что на определенном этапе развития событий эти разногласия вошли бы в тупик, и ППА, судя по всему, вместо резких решений, решила просто обеспечить плавный переход, не позволив, чтобы дело дошло до необходимости этих резких шагов.
Для этого, естественно, нужно пересмотреть центры тяжести неправительственного полюса. Если их сегодня три, или, по крайней мере, два – АНК-ППА, частично «Наследие», больше по инерции, чем по сути, то в случае переформатирования процесса можно достичь, если не изменения центра тяжести, то, хотя бы увеличения. В таком случае, уже разногласия с нынешними полюсами параллельно с углублением процесса не достигнут решающей, роковой, или переломной стадии, и если даже навредят неправительственному полюсу, то очень незначительно, и малозаметно.
По сути, речь даже идет не о переформатировании неправительственного полюса, а о внутриполитической тактике ППА, поскольку неправительственный полюс, по сути, там, где ППА. Нет ППА, нет и полюса. И в этом плане процесс определения плоскости сотрудничества ПОЕ-ППА помещается в контексте решения этих тактических проблем.
Переход Гагик Царукян пытается обеспечить расширением своего поля деятельности, началом которого может стать предстоящая широкоформатная конференция. Конечно, кроме тактических проблем, здесь в глубине также существует стратегический пересмотр. Дело в том, что нынешняя структура неправительственного полюса неоднородна. Как бы доминантной не была ППА, все равно, важна однородность пирамиды, с точки зрения предсказуемости и эффективности управления.
АНК и «Наследие» поместились в рамки системной логики и правил, но они, тем не менее, находятся вне поля деятельности капитала, имеющего ключевое значение для процесса в формате политика-власть Армении. А это сверхважная плоскость, на которой решаются очень важные вопросы.
Артур Багдасарян является представителем этой плоскости, как и Гагик Царукян, следовательно, фундаментальные выборы в этом случае, естественно, более глубоки, и для Царукяна более предпочтительны и предсказуемы. В целом, это, конечно, предсказуемо для всей системы вместе с правительственным и неправительственным полюсами, особенно, если учесть, что в процессе противостояния двух полюсов, существуют две первостепенные целевые мишени: смена власти-перестановка, в то же время, в качестве общей задачи – обеспечение долголетия системы, существующей посредством институционализации двухполюсного политического поля.
