Гость передачи Realpolitik Первого Информационного – председатель организации «Учредительный парламент» Гарегин Чугасзян.
— Господин Чугасзян, после событий в Бердзоре 31-го января, я бы хотел, чтобы мы более трезво обсудили произошедшее. Если обобщить все обсуждаемые вопросы, то основной вопрос в том, почему было принято решение поехать в Карабах, и нужно ли было начать смену режима в Армении с Карабаха, что может сделать Карабах в этом плане?
— Наше автошествие было направлено в сторону Арцаха, а не Карабаха, и потом, это не первое автошествие, за последние три месяца автошествия-информирования проходили в различных марзах республики и не представляли никакой угрозы для властей и безопасности, за все это время не было никаких столкновений, не было призывов к насилию. То есть, мы проводили очередное автошествие-информирование в одном из марзов Армении, потому что, кроме того, что Арцах является правовой страной, еще и является провинцией Армении. Это государство было создано не для противопоставления с РА, а для того, чтобы, в конце концов, объединиться в каких-то условиях международного права, это было современное, тактическое решение. Правильным ли было оно, или неправильным, это отдельный разговор, но, фактически, мы это сделали для обеспечения этого объединения, а получилось так, что это становится препятствием для консолидации, и основой для разделения.
— Особенно то заявление, что вы едете в один из марзов Армении, оскорбило самолюбие карабахцев.
— Я не разделяю армян Армении и Карабаха. Вообще, слово карабахец неправильное, это армяне, проживающие в Арцахе, и население, проживающее в Армении. Так называемый Карабах – это Арцах, а Арцах – это Армения. Это должно стать неоспоримой аксиомой для всех. Я считаю, что главным результатом шествия стало то, что этот вопрос вновь был поднят. Осознают ли армяне, что они сделали за эти последние 25 лет? Направляясь в Арцах, мы не начинали что-то, это был очередной этап, очередной этап информирования. И мы успешно проинформировали и население Арцаха, и население Армении, и население Диаспоры о том, в какой чрезвычайной ситуации находится Армения.
— То есть, Вы считаете, что достигли своей цели?
— Нашей целью было информирование, сейчас здесь произошло шоковое информирование, шоковая терапия.
— Пресс-секретарь президента Нагорного Карабаха говорит, что не они избрали Сержа Саргсяна, и народ Арцаха не имеет отношения к этим выборам. О какой смене режима вы говорите на территории Арцаха, и каком информировании Вы говорите?
— У населения Арцаха паспорта РА. Из арцахских армян были руководители, которые занимали и занимают в Армении самые высокие должности. Все это реальность, и не нужно притворяться, что мы не знаем, для чего была провозглашена Республика Арцах. Исходя из каких-то условий, международного права было принято такое решение в той ситуации, которая сложилась в 1990-ом году. Сегодня во всем регионе меняется статус-кво. Это показывает, что больше не может продолжаться так, как в последние 25 лет, То есть, РА официально присоединилась к ЕАЭС, в котором Армения и Казахстан более близки, чем Армения и Арцах.
— По сути, получается, что Вы поставили задачу изменения философии урегулирования Карабахского конфликта. С первого же дня Армения хотела включить Арцах в переговорный процесс в качестве отдельной единицы, но в 1998г. После прихода к власти Кочаряна в Армении, ситуация изменилась, и Арцах был вытеснен из процесса. В последнее время мы постоянно говорим, что Арцах должен вернуться в переговорный процесс, как полноправная сторона. И вот, вы хотите сказать, все это бессмысленно, Арцах является частью Армении, и внутриармянская повестка дня распространяется также и на Арцах.
— Не мы говорим об этом, а ситуация. После 3-го сентября возникла новая ситуация, потому что в течение последних 1.5 лет в регионе, а также в мире возникла новая ситуация. Той ситуации, которая была до 3-го сентября, сейчас нет. Когда Назарбаев говорит нашему народу, что Арцах отдельная страна, а РА – отдельная, и Армения вступит в ЕАЭС с признанными со стороны ООН границами, это уже новая ситуация для нас. Эту ситуацию создаем не мы, мы только отвечаем на это, потому что мы говорим, что эта условная граница станет Китайской стеной, на наших глазах станет. Мы говорили об этом, но нам не разрешали озвучивать свои идеи.
— Вы, фактически, знали, что в Арцахе существуют определенные настроения относительно автошествия, и вас неоднократно предупреждали, как в декабре, так и перед последней инициативой. Знаете также, что в обществе сформировалось довольно негативное отношение к вашей инициативе. В событиях Бердзора самыми страшными были не действия полицейских, а гражданских лиц, которые, фактически, пришли, чтобы преподать урок всем тем, кто попытаются нарушить спокойствие Арцаха. Вы направлялись туда, зная, что может произойти такое, но взяли с собой женщин и детей. Почему, вы же очень хорошо знали, что в результате провокаций может произойти такое?
— Учредительный парламент – это политическая структура. Политическая структура должна понимать, ставить перед собой определенные политические цели. Мы направлялись в Арцах, потому что там были люди, которые нас ждали и встречали, которых тоже избили. То есть, мы ехали к себе домой, у нас было такое право, особенно, когда с нами были люди, которые являются легендарными личностями в Арцахской войне. Они имеют право везти к себе домой женщин и детей. И если кто-то пытается применить насилие, даже если существует угроза, то эта угроза должна проявиться. Потому что количество людей в форме…Они не могли самостоятельно осуществлять эти действия, точно был приказ свыше. Мы не питаем ненависть к тем людям, которые участвовали во всем этом. На протяжении 10 дней велась пропаганда, что приезжает враг. Начнем с того, кто отдал этот приказ, чтобы понять, почему этот народ собрался там. Была ли у нас возможность объяснить, для чего мы ехали в Арцах, или не должны были ехать. Я спрашиваю Вас: Арцах – это наш дом, или нет? Какая разница между поездкой в другое место, и поездкой в Арцах? Там военная ситуация, а в Армении не военная ситуация? Если какие-то силы решили держать в заложниках Армению, то эти силы должны проявиться.
— Прокомментируем те утверждения, что этим автошествием в каком-то смысле еще больше разрывается связь между Арменией и Арцахом. Стоило ли ехать в Арцах, очень хорошо зная, что из этого выйдет?
— Как Вы думаете, если люди взяли с собой маленьких детей и женщин, они могли представить, что может произойти такое? Мы четко для себя раскрываем новое явление, о котором мы не знали. Во всем этом появилась новая сила. Мы не знали, что была поставлена такая задача – переформатировать, обнулить историю Арцахского движения, начиная с героев до авторов, обнулить их репутацию, и перейти к новой истории Арцаха. Почему эта сила сейчас появилась? Значит, что-то новое происходит вокруг нас.
— Есть общее мнение, что приказ об избиении не мог отдать Бако Саакян, этот приказ был из Армении. Какое отношение имеет эта ситуация к региональным процессам?
— До недавнего времени у нас была колониальная администрация, которая держала страну в качестве новой колониальной страны. Сейчас меняется статус колониальной администрации. То есть, тот режим, который существует в Армении, который даже не способен объявить траур в своей стране, является колониальной администрацией, и ее отделение в Арцахе – это режим Бако Саакяна. В глобальном смысле, та борьба, которая была между Тураном и Ираном, та же самая борьба. То есть, кто будет контролировать границу. Нам четко говорят, что граница от Мегри до Горадиза имеет стратегическое значение для армян. Сейчас говорят, что это не ваше дело, есть другая сила, и армяне Армении не должны вмешиваться. Но, как мы можем не вмешаться, если мы потеряем контроль над этим отрезком границы, то не только Арцах будет отчужден от Армении, но и армяне будут сдавлены петлей Турана. Об этом сказали в городе Алматы, и не получили ответа. Сейчас, кто скажет, что Арцах – это Армения, и на каких условиях. Мы своим гражданским неповиновением выразили это. Мы должны всей нацией осознать, что есть какая-то сила, которая пытается насильственно нас разделить, это антинациональная сила.
