Останавливаясь на ответе Гагика Царукяна Сержу Саргсяну, мы можем кратко констатировать: Царукян ясно высказывается против воспроизводства Сержа Саргсяна, однако что здесь важным и ключевым является то, что Серж Саргсян, так или иначе не сможет воспроизвестись. Он был воспроизведен в 2013-ом году, когда нужно было помешать этому воспроизводству, и Гагик Царукян и его союзник Армянский национальный конгресс, кстати, не только не помешали этому, но и отошли в сторону – уступив дорогу Сержу Саргсяну.
В 2018-ом году Серж Саргсян не может баллотироваться в президенты. Следовательно, в этом смысле, даже если мы считаем, что Царукян говорил об исключении воспроизводства Сержа Саргсяна, то только после того, как это воспроизводство так или иначе исключается, независимо от Царукяна. Но мы знаем, что проблема воспроизводства в Армении не персонифицированная, а системная. А это означает, что проблема не только в Серже Саргсяне.
Например, в 2008-ом году исключалось воспроизводство Роберта Кочаряна, и он удалился, но возникает вопрос – чего лишился Кочарян после 2008-го года. Только президентской должности, тогда как накопленные в годы пребывания на этой должности финансовые возможности и политическое влияние у него остались. То есть, сам Кочарян не был воспроизведен, однако была воспроизведена та система, в которой он чувствовал себя в безопасности. С этой точки зрения и Серж Саргсян не будет воспроизведен в 2018-ом году, однако вопрос в том, будет ли воспроизведена та система, в которой он будет чувствовать себя в безопасности?
Весьма вероятно, что Серж Саргсян, в отличие от Кочаряна, будет лишен президентской должности, однако станет, скажем, председателем Национального Собрания или премьер-министром. Но это уже опять же не воспроизводство Сержа Саргсяна, здесь уже роль будет играть сама система, так как это те должности, которые предполагают конституционные полномочия и иные иерархические отношения внутри власти. И именно здесь используя понятие «воспроизводство» мы должны максимально конкретизировать, что мы понимаем под этим – каких субъектов? В обратном случае, понятие становится расплывчатым, безответственным, не имеющим ценности и вокруг него постоянно можно будет маневрировать.
Воспроизводство – это незаконный захват власти. Однако является ли воспроизводство только лишь понятием, предполагающим характер действий? Едва ли, так как в Армении утвердилась некая политическая система, разветвленная и сросшаяся вплоть с рядовыми слоями общества, то есть, это многоступенчатая система, у которой есть своя определенная социальная база, экономическая база, у которой есть своя бытовая база, у которой есть своя «семейная» база – в лице многочисленных сватовских отношений во внутрисистемной базе.
В этих условиях неопределенные, обобщенные заявления о воспроизводстве всего лишь открывают новое поле для манипуляций. Когда они конкретизируются, устанавливаются, представляются обществу, а затем этим самым, естественно, косвенно устанавливаются и новые политические критерии и стандарты и для данного процесса, о для дальнейших политических развитий вообще. То есть, на глазах общества формируется невольная конкуренция. То есть, конкуренция не чисто друг с другом, то есть, не борьба между сильным и слабым, а конкуренция перед обществом, когда увеличивается общественный вес, когда общество начинает сравнивать, чем от РПА отличаются остальные, насколько глубока эта разница, каков ее характер, какие явления являются нитью, связывающей РПА с другими субъектами, насколько ключевыми являются эти связи с точки зрения сформировавшегося в Армении внутриполитического статуса-кво, продолжающегося в течение двух десятилетий.
Когда эти вопросы возникают с конкретными определениями, простейшей характеристикой и разграничением между явлениями и субъектами, становится очевидным, что в Армении воспроизводства быть не может, так как в Армении в настоящее время действует некая комплексная система, комплексная масса, тесно связанная между собой.
