Собеседник Первого Информационного – лидер Объединения национального самоопределения Паруйр Айрикян.
— Господин Айрикян, две силы «тройки» объявили недействительным, предусмотренный на 20-ое февраля митинг, с требованием отставки Сержа Саргсяна. Можно сказать, что этим своим отступлением оппозиция вызвала очередное разочарование у общества. Как Вы считаете, в этой ситуации, какими должны быть действия новой оппозиции, очевидно, что «тройки» больше не существует?
— Некоторые силы в «тройке» были довольно честными, никогда не объявляли себя оппозицией, хотя логически, если ты не являешься властью, то ты – оппозиция. Они были настолько честными, что делали все возможное, чтобы их называли альтернативой, неправительственными силами, но никогда не называли оппозицией. Следовательно, их нельзя считать оппозицией.
Оппозиция, прежде всего, должна быть идеологической оппозицией. Не считая Раффи Ованнсяна, действительно нет оппозиции, потому что в принципиальных и важных вопросах они имели одинаковое с властями мнение, находились на одной плоскости. Следовательно, то, что произошло, нужно считать естественным.
Я бы не сказал следующая оппозиция, настоящая оппозиция должна иметь идеологические основы, и правильный цивилизационный выбор. Это мы и те, кто думают как мы, то есть, нужны те, у кого европейская ориентация. Говоря о европейской ориентации, имею в виду не становление членом Евросоюза, а то, что нужно стать таким государством, чтобы ЕС сам захотел, чтобы Армения стала его членом. Одной из таких сил являемся мы, кроме нас есть также и другие силы, с которыми мы пытаемся прийти к общему знаменателю. Я восьмерым из таких сил отправил письмо, семеро из них дали положительный ответ, шестеро по существу ответили положительно, и мы время от времени встречаемся. Не знаю, что из этого выйдет, но основой для настоящей оппозиции станет согласие этих организаций. Независимо от того, сколько из этих восьмерых сил останутся, но это реальная оппозиция сегодняшних властей.
— Чем было обусловлено Ваше присутствие на Площади Свободы накануне? Конкретно с «Наследием» Вы представляете какое-либо сотрудничество?
— Скажем так, не мое присутствие, а Объединения национального самоопределения. Это был митинг «Наследия», и из «Наследия» присутствовало 6 человек. Это был не митинг ОНС, но из ОНС присутствовало 40 человек, могу поименно назвать. Как Вы видите, было несколько десятков триколоров, европейских постеров, которые принесли все члены ОНС, иначе это называлось бы всего лишь пресс-конференцией.
Мы считаем, что нашего брата по идеологии предали. Я не люблю, когда где-либо предают армян. Мы накануне созвали заседание, и решили обратиться ко всем членам ОНС, чтобы все, кто могут быстро, в течение одной ночи оставили работу и пришли. Мы поддержали Раффи Ованнисяна. Повторяю, позорно иметь договоренности и не соблюдать их, предавать.
— Вы считаете это предательством? Они говорят, что предотвратили кровопролитие. На Ваш взгляд, что произошло в течение этих нескольких дней?
— Это сказка. Иисус Христос сказал: если ты добрый, то продай свое имущество и раздай бедным.
Другой вопрос – следующий: если Левон Тер-Петросян и Гагик Царукян договариваются, что должны вместе провести митинг, и громогласно говорят об этом, не обязывает ли это их перед тем, как объявлять митинг недействительным, товарищей также держать в курсе этого? Или же это означает, что для них не существует дружбы, ценности слова, которое они дали? Когда в тюремных условиях КГБ вызывал меня на разговор, я говорил, что должен прийти с друзьями, они говорили, как, мы хотим поговорить с тобой! А я говорил, что если буду говорить с вами отдельно, значит, я более близок к вам, чем к тем людям, с которыми в тюрьме разделяю проблемы.
Честно говоря, я от Раффи Ованнисяна узнал, что Левон Тер-Петросян отправил письмо, мы с ним встречались, долго беседовали, но он мне не сделал даже намека на то, что отправил письмо президенту. Раффи не критиковал, и не осуждал его, просто сообщил, что произошло такое, я увидел его здоровое удивление. Думаю, любой человек согласится.
Что касается того, чтобы избежать кровопролития, то есть, стать патриотом, то существует старая пословица о том, чьим последним пристанищем является патриотизм. Вы не знали два дня назад, что могли возникнуть проблемы, только сейчас узнали? Да, свобода иногда требует жертв, и это путь развития цивилизации, они забыли, что на их флаге написано: смерть или свобода. Скольких они принесли в жертву, так сказать, за несостоявшуюся свободу. Сейчас они заговорили о жизни людей, и кто говорит, что мирные демонстрации представляют опасность?
