Индонезийская газета The Jakarta Globe пишет:
Пока есть приграничная торговля, есть также и мигранты, будь то жители ближайших бедных деревень, которые ищут лучшей жизни, или рабочая сила из Индии, угнетенная колониальными правителями, солдаты удачи из Японии, или наследники Британской империи, которые были воспитаны на собственных сказках о роскоши и богатстве, люди прощаются с родными берегами, и едут в путешествие в поисках нового прекрасного мира. Мигранты приходят и уходят, однако меняется их наследие. Исторический старый город Джакарта является свидетельством многовековой голландской колонизации, плантации чая в Индии являются наследием любви европейцев к чаю. А китайское влияние существует в офисах самых богатых конгломератов региона.
У нас также есть и армяне. Когда открылась торговля на Востоке, и принесла множество возможностей для оппортунистов, остальные пошли по следам «первопроходцев», включая также и народы дальних стран, которые находятся на перекрестках Европы и Азии.
В Юго-восточной Азии осталось очень мало свидетельств об армянах, кроме необычной церкви, названия улицы и номеров в отеле. Но какие отели?
Его звали Тигран Саргис, это был мужчина примерно 23 лет, и в 1882 году он в Пенанге, Джорджтауне, работал организатором аукционов.
Он, вероятно, устал ударять молотком, поскольку спустя несколько лет, со своим братом Мартином начал строить Oriental Hotel. Другой брат – Авет должен был руководить Eastern HOTEL, когда Тигран и Мартин расширяли Oriental, который они вновь открыли в 1889-ом году, переименовав его в Eastern & Oriental или E&O, как оно было известно различным поколениям плантаторов и чиновников колониального периода.
Всего лишь через несколько лет имя Саргис стало синонимом отелей, и в связи с этим господин Френк Суитенхам, который оставил свой собственный след на полуострове, часто рассказывал один анекдот относительно отелей. «Учительница в школе спрашивает маленького мальчика о том, кто такие сакаисы (Малайские коренные народы), мальчик отвечает, что это люди, у которых есть гостиницы».
В 1891-ом году приехал четвертый брат – Аршак, и его деятельность сообщила новый смысл E&O, пока не приобрел название PREMIER HOTEL. Аршак был довольно уникальной личностью, кого часто можно было увидеть в фойе своей гостиницы, выпивающим виски с содовой.
Основываясь на успех, построенного на полуострове отеля, Тигран и Мартин начали думать об открытии отеля в Сингапуре. Соответствующая территория была найдена в районе Beach Rd. и Bras Brasah Rd. Бунгало было местом отдыха для студентов Raffles Institution, и нуждалось в ремонте. В декабре 1887-го года Тигран открывает Raffles, с гарантией «большой заботы и внимания в отношении комфорта посетителей и постояльцев». Браться вновь выходят победителями.
Расширение в 1889-го году увеличило потенциал, но спрос, как и прежде, превышал предложение. В 1880 году Мартин возвращается в Иран, оставив Тиграна контролировать строительство Palm Court Wing в 1894 году, в результате чего, количество номеров достигло 75.
Открылся другой филиал в ноябре 1899-го года, в результате чего, душный Straits Times превратился в «дворцовую постройку с прекрасной системой вентиляции, и с широким обеденным залом, что сделало Raffles самым большим и добротным отелем на Востоке». Raffles, имеющий 100 номеров, был единственным в регионе отелем с электрическим освещением, у которого имелся бак, вмещающий 10 тысяч галлонов воды.
Последний тигр, которого должны были убить в Сингапуре, вошел в игровой салон Bar & Billiard отеля. Я не уверен, какой была реакция людей, когда они были вынуждены по причине огромной кошки прервать свою игру, которая нашла убежище возле их ног. Как в то время было принято в подобных зданиях, пол был высоким, чтобы избежать наводнения, и тигр прятался под ним. Учитывая распространенность охоты на тигра, несомненно, многие были разочарованы тем, что не смогли спустить курок.
Сегодня это очень спокойное и красивое место для прогулки, где есть китайские храмы и дом, который использовался со стороны господина Сун Ят Сена, когда он планировал устранить китайское правительство, но раньше это было ареной беспорядков различных тайных общин.
На юге Сингапура находится армянская церковь, которая является самой старой церковью в стране. Сегодня она окружена высотными зданиями, когда проезжая дорога напоминает нескончаемую симфонию голосов, в результате чего это место вряд ли будет удобно для медитации и отдыха.
В аккуратно подстриженных садах есть несколько надгробных плит, на которых написано имя Сарки. Интересно представить себя на месте Мартина и Тиграна, которые в ходе управления отелями находили время посещать церковь, но в 21-ом веке она очень близка, там оживленный перекресток и остановка.
Сын Мартина – Лукас, избежал успешной практики Саргисов обосноваться у британских колонизаторов, и поехал на юго-восток, в сторону Сурабаи, города, который известен морскими картами того времени, и был центром довольно большой армянской общины. Он в 1910-ом году открыл Oranje HOTEL, который был назван в честь голландских колонизаторов Ост-Индии. Уже достаточно было открытия отеля со стороны Саргисов, чтобы люди посещали этот жаркий и душный город Восточной Явы.
Чарли Чаплин – выдающийся актер, в 1936-ом году в Raffles участвовал в церемонии открытия отеля после реконструкции. Японцы, вторгшиеся на Яву, использовали гостиницу, как казарму, переименовав ее в Hotel Yamoto. После войны, 17-го августа Индонезия провозгласила свою независимость, но это не остановило переезд руководства англо-голландской администрации в отель.
Для того, чтобы быть более точными, отметим, что они переехали в 33-ий номер. И 19-го сентября, утром в 6:00 часов, эти чиновники над отелем подняли голландский флаг.
Возмущенные этим высокомерием, жители Сурабаи напали на отель, поднялись на крышу, и сорвали этот символ иноземного ига. Они порвали синюю часть флага, и составили только красную и белую – erah putih, которые являются цветами независимой Индонезии.
Использован материал сайта Interpress.am
