Пять валют с худшими в мире показателями за текущий год принадлежат постсоветским странам, заметил колумнист BloombergView Леонид Бершидский. Он считает, что за девальвацией гривны, лея, маната, лари и белорусского рубля стоит одна и та же проблема – «российский экономический кризис и агрессивная политика» России.
Хуже всего чувствует себя украинская гривна. По словам Бершидского, у ее девальвации «более многообразные причины, чем в случае с другими постсоветскими странами. Аннексировав Крым, украинскую туристическую мекку, и развязав войну в восточных промышленных регионах, где сосредоточена большая часть украинской металлургии, Россия забрала у Украины крупнейшие источники иностранной валюты… Национальный банк Украины тем временем проявил исключительную некомпетентность. Его попытки установить контроль обменного курса на фоне сокращения резервов привели к буйному разрастанию черного рынка».
«В случае с Молдавией, Грузией и Азербайджаном ситуация не столь критическая, но проблемы этих стран также связаны с региональными потрясениями, — продолжает колумнист. — Молдавский лей за прошлую неделю подешевел относительно американского доллара сильнее, чем за весь 2014 года. Маленькое государство, зажатое между Украиной и Румынией, не смогло больше справляться с глубоким структурным дисбалансом в своей экономике. Около 70% всех потребительских товаров оно закупает за границей, из-за чего импорт примерно в два раза превышает экспорт. Этот дефицит частично покрывался переводами от рабочих мигрантов… Однако в четвертом квартале [2014 года] объем переводов сократился на 20%, так как многие молдавские мигранты работают в России и с падением рубля они утратили возможность отправлять домой прежние суммы в долларах и евро».
«Молдавский экспорт в Россию, — продолжает Бершидский, — за прошлый год снизился почти вполовину — как из-за экономических проблем последней, так и потому, что Москва пыталась оказать на Молдавию давление, чтобы та осталась на ее экономической орбите, а с Евросоюзом не интегрировалась. Вдобавок к этим проблемам предыдущее молдавское правительство истратило часть скудных валютных резервов на помощь трем крупным банкам (левая парламентская оппозиция назвала этот шаг мошеннической схемой по отмыванию денег)». Автор полагает, что девальвация лея, скорее всего, продолжится, потому что «приемлемых способов остановить ее нет».
«Корень проблем Азербайджана в том, что он является экспортером нефти, — переходит Бершидский к анализу следующего случая. — С 2011 года его валюта, манат, была привязана к американскому доллару, но, когда цены на нефть упали, сохранять эту привязку стало накладно… Девальвация не была бы столь резкой, если бы крупнейшим экспортным рынком этой страны не была Россия».
«Что касается Грузии, то ее экспорт в Россию в прошлом году даже вырос, во всяком случае это справедливо для периода, по которому у МВФ есть данные. А вот экспорт на Украину, ставшую ее основным торговым партнером, когда отношения с Россией были особенно напряженными, в прошлом году сократились примерно вдвое. Суммарный объем грузинского экспорта в январе был на 20% меньше, чем за год до этого. Такое сокращение привело эту крохотную экономику с валютными резервами менее 2,5 млрд долларов к неизбежной девальвации», — излагает свои выкладки автор.
Наконец, «ближайшая союзница России – Беларусь – целиком и полностью зависит от очень дешевого импорта российских энергоносителей», пишет Бершидский. «Когда Россия девальвировала свою валюту и тем самым фактически начала ценовую войну с соседями, неудивительно, что Беларусь пострадала сильнее прочих (за исключением Украины)».
«Валюты стран этого региона почти наверняка продолжат падение, — резюмирует Бершидский. — Это редкая возможность наблюдать кризис, некое подобие которого могла бы пережить Европа – при условии, что она не ввела бы евро, а Германия решила бы повысить конкурентоспособность своего экспорта, девальвировав немецкую марку. Можно сколько угодно критиковать евро, но благодаря ему европейцы застрахованы от таких бедствий. А применительно к постсоветским государствам, напротив, валютный шок в одном из них может означать валютный шок для всех».
Источник – издание Инопресса.ру
