На съезде, который состоялся вчера, партия «Процветающая Армения» заявила о становлении оппозицией, Гагик Царукян ушел из активной политики, председателем партии стала Наира Зограбян, об уходе из партии заявил один из ключевых и, по сути, «радикальных» фигур партии Вардан Осканян, который, конечно, скорее ассоциировался с бывшим президентом Робертом Кочаряном. И так, по части ППА, события, кажется, проясняются, в каком-то смысле, также внося определенность в общие внутриполитические расстановки. Но есть вопросы, которые пока остаются, и имеют не менее важное значение для дальнейших перестановок.
В частности, на каком поле построит свою оппозиционную деятельность партия «Процветающая Армения», то есть, какими будут ее партнерские отношения с АНК, «Наследием», с участниками бывшего неправительственного полюса? Перед съездом несколько членов ППА заявили, что не считают АНК партнером, хотя АНК заявила, что готова продолжать сотрудничество с ППА. Проблема в том, что ППА в настоящее время полностью, по сути, переходит в подчинение Сержа Саргсяна, а координатором будет Овик Абраамян, и сотрудничать с ППА в настоящее время, по сути, означает сотрудничать с Сержем Саргсяном. Но не будет удивительно, если АНК или другие партии пойдут на такой шаг, чтобы решить с Сержем Саргсяном проблемы, связанные с предстоящими парламентскими выборами.
Кроме этого, ППА, фактически, ставит в довольно интересное положение председателя АНК, заявив о своей оппозиционности. Ведь Тер-Петросян 1-го марта заявил, что АНК на оппозиционном поле осталась одна. Сегодня Тер-Петросян вынужден либо отказаться от своих слов, либо признать оппозиционность ППА, что означает конец сотрудничеству.
О своем выходе из ППА сделал довольное жесткое заявление Вардан Осканян, что можно оценить, как выражение позиции Роберта Кочаряна. Осканян, по сути, обвинил ППА в том, что она не оправдала надежды общества, но оставил открытым вопрос относительно того, что он собирается делать после ухода из ППА, он тоже, как и Гагик Царукян уйдет из активной политики, или хочет каким-то образом найти новые варианты участия в политике накануне 2017-го года. О таком намерении Осканяна накануне выразил мнение Микаел Мелкумян, сказав, что он просто так не складывает мандат, у него есть планы, связанные с 2017-ым годом.
В то же время, в ППА остаются люди, которые тоже причислялись, так сказать, к кочаряновской команде. Здесь примечательны две реалии: Серж Саргсян не поставил требования об их уходе, и они тоже не заявили о намерении уйти, согласившись остаться в подчинении Овика Абраамяна. Не исключено, что эти деятели со временем покинут ППА, когда Кочарян уточнит свои планы в новой ситуации.
Какие, в конце концов, сформируются отношения на плоскости РПА-ППА? Здесь очевидно, что ППА превратилась в полноценного придатка РПА, если даже будет десять заявлений о ее оппозиционности. С другой стороны, очевидно, что Овик Абраамян попытается использовать партию в борьбе с тем крылом РПА, которое является не своим, и вообще в борьбе с нежелательными для себя группами. Серж Саргсян, по всей вероятности, не вмешается в такое положение вещей, пока не появится опасность выхода ситуации из-под контроля. Тем более, что заставив Овика Абраамяна выйти против своего свата, Серж Саргсян, по сути, его полностью дискредитировал в РПА. В этих условиях, Овик Абраамян для него абсолютно не опасен. В отношениях с РПА у ППА вряд ли будет другое функциональное значение.
Остается вопрос конституционных изменений. Об этом пока все молчат, а Серж Саргсян, кажется, решил отложить их, судя по вчерашнему заявлению Галуста Саакяна о том, что концепция будет готова к референдуму либо этой осенью, либо весной 2016-го года. Однако после такой перетасовки политического поля, для Сержа Саргсяна, по сути, конституционные изменения становятся технической проблемой, во всяком случае, во внутреннем поле, поскольку изменение модели управления, несомненно, решится с взаимного согласия геополитических центров, имеющих дело с Арменией.
