Внутриполитическая ситуация в Армении накануне 24-го апреля 2015-го года в каком-то смысле напоминает ситуацию, сложившуюся после 1-го марта 2008-го года. Конечно, масштабы репрессивных действий в отношении Учредительного парламента несовместимы с тем, что происходило в 2008-ом году с движением, возглавляемым Левоном Тер-Петросяном, но проблема здесь не столько в масштабах, сколько в самом явлении и атмосфере, тенденциях, которые характеризуют внутриполитический процесс. Кажется, происходит возвращение на круги своя, и в этом «возвращении» есть, конечно, печальная символичность.
Понятие внутриполитическая жизнь в Армении – это условное понятие, поскольку то, что происходит, по сути, очень трудно охарактеризовать, внутренней политикой. Внутренняя политика подразумевает, прежде всего, защищенную законом политическую конкуренцию. Не только экономика должна быть конкурентным явлением, защищенным законом. Такой же должна быть и политика. А политика в Армении не конкурентное явление, защищенное законом, следовательно, понятие внутриполитическая жизнь становится уже строго условным понятием. Следовательно, участие в этой жизни, по сути, тоже становится условным явлением, то есть, не имеет значения, участвуешь во внутриполитической жизни, или в каком-нибудь другом процессе.
Это в целом, для внутренней жизни Армении стало определенной исходной, ключевой точкой, своеобразной дилеммой, от преодоления которой зависит перспектива, или перспективы изменения ситуации в Армении, согласно нескольким возможным вариантам и сценариям. Вот с этой точки зрения, существующая ситуация имеет две стороны: на одной стороне находятся субъекты условной внутриполитической жизни со своими субъектными подходами, интересами, общностями и противоречиями, закрытой конкуренцией в рамках существующих отношений, а на другой стороне – дилемма, имеющая более широкое распространение и значение.
Причем, следует заметить, что в Армении постоянно процессы были двусторонними. Просто всегда на передовой позиции была субъектная сторона. Дилемма игнорировалась, что в некотором смысле является закономерной, логической реальностью. В конечном счете, дилемма оставалась незамеченной до тех пор, пока неэффективность, провалы, фальсификации и обман в плане субъектной стороны не дошли до критической степени общественного восприятия. Только после этого стало очевидно, что в случае внутриполитической условности, отсутствием защищенной законом политической конкуренции, и субъектным доминированием процессы не могут привести к чему-либо другому.
Субъектный путь внутриполитической жизни в условиях отсутствия защищенной законом конкуренции всегда будет заканчиваться в тупике, потому что ключевой фактор полноценного и общественно-полезного проявления субъекта – это наличие свободной, в правовом плане защищенной конкуренции. Иначе нужно выйти из субъектной логики, и затронуть более широкий контекст ситуации, то есть, дилемму, продиктованную условностью внутриполитической жизни, начав логику дальнейших действий, сценарии, методологию и моделирование с этой исходной точки. В Армении сегодня внутренняя жизнь находится именно в этой переходной стадии.
Неэффективность субъектной логики – почти доказанная реальность, по крайней мере, на уровне декларации, публичной речи об отказе от этой логики заявляют множество субъектов, участвующих во внутренней жизни, и на том же декларативном уровне более широкие общественно-политические, а также гражданские круги говорят об этой дилемме. Репрессивные действия властей являются реакцией на субъектную логику, которая пока еще существует во внутренней жизни, или во внутриполитических процессах и в плоскости мышления. И поскольку отказ от этой логики преимущественно на декларативном уровне, а в практическом плане ситуация продолжает оставаться прежней, власти периодически будут прибегать к самому испытанному и пока что безошибочно работающему методу отношений во внутриполитической жизни – к применению репрессивных, силовых рычагов.
Причем, таким образом, власти создают определенную замкнутую цепь, или круг, потому что применением этих рычагов, принуждают общество в свою очередь прибегнуть к реакциям с той же субъектной логикой. Избежать этого, конечно, очень трудно, когда есть несправедливое, незаконное, очевидно сфабрикованное преследование в отношении какого-либо участника внутриполитической жизни. В данном случае, общество реагирует на шаги против Учредительного парламента, как два месяца назад реагировало на шаги против Гагика Царукяна, как реагировало на шаги против различных гражданских активистов. Другими словами, посредством применения репрессивной машины, подталкивая общество на такую реакцию, власти постоянно заводят общество в одну и ту же ловушку.
Не реагировать на конкретные преследования – это, конечно, не способ избегания того, чтобы не оказаться в ловушке. Просто нужно как можно быстрее в открытых обсуждениях, общественно-политическом дискурсе сделать приоритетом не субъектный подход, а дилемму, широкий контекст участия во внутренней жизни и роль субъектов рассматривать в этом контексте, а не наоборот, внутриполитическую жизнь рассматривать в контексте деятельности субъектов. Общество Армении, прежде всего, должно переосмыслить так называемое понятие общественно-политической жизни, чтобы выйти из замкнутого круга, и зафиксировать высокий коэффициент эффективности.
