Турецкий аналитик американского Института Брукингса Омер Ташпынар в турецкой газете Today’s Zaman опубликовал статью под заголовком «Мое армянское путешествие», в котором обратился к Геноциду армян и проблемам, существующим в Турции в сфере свободы слова.
«На протяжении лет я пишу о Геноциде армян. Для меня эта проблема имеет большое значение – и по этническим, и по историческим причинам. Однако я впервые объясню, почему 1915-ый год настолько для меня важен. Нет, причина не в том, что я вдруг узнал, что у меня армянские корни, а в том, что 1915-ый год меня заставил вместо дипломатии заняться наукой.
Я не поступил в МИД, так как 20 лет назад был арестован, когда еще был 25-летним гидом. Причина? Я смело ответил на вопросы посетивших Анкару американских туристов в связи с 1915-ым годом. Этот день изменил всю мою жизнь. Я не наивен: я знал, что рискованно публично отвечать на их вопросы. На вопрос в связи со свободой слова в Турции я в шутку ответил, что свобода слова в стране действительно есть, но вопрос в том, есть ли свобода после слова? Я не думал, что мои слова отразятся на мне же в их прямом смысле. Пытаясь кратко объяснить группе туристов, почему слово «геноцид» является проблемой для турецких чиновников, я был арестован сотрудниками безопасности музея, после чего меня доставили в отделение полиции, где допрашивали на протяжении пяти часов. Это неожиданное соприкосновение с турецкими законами мне позволило понять несколько вещей. Прежде всего, я начал сознавать, насколько в Турции трудно людям, имеющим армянское происхождение. «Ты армянин?»,- это был первый вопрос, который мне задали, как только я оказался в отделе полиции. Когда я сказал «нет», полицейский начал смеяться, и отметил, что я не первый турок-предатель, которого они допрашивают. С этого дня меня начал мучить один вопрос – какой была бы моя жизнь в Турции, если бы меня звали не Омер, а Оник?
Во-вторых, я понял, что не хочу становиться дипломатом. Я знал, что как дипломат я был бы обязан любой ценой защищать свою страну. Учитывая все произошедшее, я могу сказать, что этот день не был для меня трагическим, он был логичным. Однако арест гида только из-за того, что он говорил о событиях, произошедших 100 лет назад, оставило глубокий интеллектуальный и эмоциональный след в моей жизни. Вдруг эта существующая в Турции ситуация в моих глазах и мыслях стала причиной для личного беспокойства. Я помню беседу с моим отцом дипломатом по специальности вечером в день моего ареста: когда он узнал о том, что произошло, он саркастически и с некоторым гневом меся спросил: «Ты считаешь, что живешь в Швеции?». Вопрос был закрыт, и я решил отказаться от приемных экзаменов в МИД.
Начиная с того дня, как МИД потерял будущего блестящего дипломата, я начал заниматься наукой и уехал в США, где написал диссертацию на тему «Вопрос идентичности в Турции». Я сконцентрировал свое внимание на взаимосвязи между кемализмом – официальной идеологии Турецкой республики, курдским вопросом и политическим исламом. Именно в то время я и начал работать в аналитических центрах, и в результате превратился в персонажа, придерживающегося прокурдских, происламских и проармянских взглядов. Это была та небольшая цена, которую я должен был заплатить для того, чтобы сделать Турцию более либеральной. В обратном случае я должен был бы работать в турецкой дипломатии, и был бы вынужден каждый раз к фразе «Геноцид армян» приклеивать ярлык «так называемый», или использовать термин «Сепаратистская террористическая организация, называемая Рабочей партией Курдистана».
Мой арест 20 лет назад – зло, обратившееся добром. Я рад, что мое армянское путешествие привело меня туда, где я нахожусь».
Подготовил – Мхитар Айрапетян.
