Главнокомандующий войсками НАТО в Европе, генерал Филип Бридлав в Конгрессе США заявил, что НАТО больше не рассматривает Россию в качестве партнера. Есть связи, но они не используются, сказал Бридлав, и заявил, что Россия пытается изменить правила игры, и на Донбассе, вероятно, готовится к новой атаке. Отношения НАТО-Россия не военные, но очевидно, что развиваются по принципу конфронтации, противостояния.
Агрессия России уже стала очевидным фактом, фактом является также то, что у Москвы нет других геополитических партнеров, и она открыто прибегает к военному шантажу, и в случае первой же необходимости, не упустит возможность осуществления новой военной интервенции по нескольким направлениям, и расширения своих территорий. Причем, здесь относительно то, какие цели преследуют эти территории – будут осуществлять функцию жизненного пространства, или, так сказать, буферной зоны безопасности, по сути, арсенала. Однако для данных субъектов и народов, по большому счету, не важно, с какой целью Россия атакует их.
В качестве трибуны для шантажа Путин использовал также и Ереван. 24-го апреля в Цицернакаберде он заявил, что перед тем, как делать шаги в важных регионах, нужно «думать о последствиях». Одним из важных регионов является Кавказ, и здесь, конечно, есть серьезные вызовы. У России есть амбиции и в вопросе Грузии, и в вопросе Карабаха –установить военное присутствие, и закрыть тему Кавказа навсегда. Для Армении это серьезный вызов. Но не единственный.
Проблема в том, что подобная тактика России, подобные правила игры сами по себе вызывают опасность для Армении в плане отношений с НАТО, котрые крайне важны для безопасности Армении. В конечном счете, здесь все более чем ясно. НАТО сегодня в вопросе безопасности является ведущим и самым сильным мировым полюсом, что означает, что имеющий какую-либо проблему безопасности, и не желающий решить эту проблему международный субъект просто обязан, по крайней мере, не противопоставляться НАТО. Между тем, в этом плане, для Армении возникают серьезные проблемы, когда Россия продолжает свое противостояние, конфронтацию, и столкновение с НАТО.
Естественно, в ответ на военный шантаж России НАТО приступает к укреплению защиты важных для себя территорий, и в частности, территорий своих членов. Генеральной секретарь НАТО на днях заявил, что будут увеличены, удвоены силы быстрого реагирования, доведя до 30 тысяч, и будет создана специальная 5-тысячная войсковая группа. НАТО увеличивает свое присутствие в странах Балтии, Польше, пытается увеличить гарантии для Финляндии. Ведущая страна НАТО – США, пытается оказать помощь Украине, хотя здесь, конечно, действия не столь ясны.
В то же время, то же самое и в случае Кавказа. Однако проблема не в том, пойдет ли там НАТО на конфронтацию с Россией, или нет. Опасность обусловлена не только наличием этой конфронтации. НАТО может передать Кавказ России, или смириться с решениями субъектов Кавказа, которые могут быть переданы России. В то же время, агрессивная тактика России перед этими субъектами может обострить проблему.
Например, если Армения в настоящее время может сотрудничать с НАТО, будучи членом ОДКБ, то в случае углубления противостояния НАТО-Россия, велика опасность того, что Москва может категорически запретить Еревану какие-либо контакты с НАТО. А это уже равносильно катастрофе. Не в том смысле, что НАТО накажет Армению, не контактирующую с ним. Наказанием будет безразличие в отношении Армении, вытеснение из стратегии и расчетов НАТО, что означает, что Армения лишится важного уравновешивающего фактора безопасности, причем, самого важного фактора в глубинном, геополитическом смысле.
Армения, которая уже давно не рассматривается Россией в качестве партнера, и превратилась, по сути, только в территорию, получив только территориальное, арсенальное значение для России, окажется перед угрозой того, что для НАТО тоже не будет рассматриваться в качестве партнера, когда для стратегии НАТО тоже Армения станет всего лишь территорией. Ситуация наиболее тревожная, исходя из той реальности, что если Россия перед Арменией поставит требование о резком ограничении отношений с НАТО, то, мягко говоря, маловероятно, что власти Армении пойдут по пути сопротивления этому требованию. И, мягко говоря, невероятно, что в Армении сформируется политическое сопротивление, выступающее против этого требования, с участием ведущих политических сил.
В то же время, очевидно, что у Армении нет средств для влияния или предотвращения процесса обострения отношений НАТО-Россия, и остается надеяться, что напряжение не достигнет такой степени, когда Россия перед Ереваном поставит требование о резком ограничении отношений с НАТО. Однако проблема в том, что основы, на которых может строиться такая надежда, в стабильной динамике рушатся одна за другой.
Общество Армении было не готово к 3-му сентября, но этим не только ничего не закончилось, но и только началось. А ограничение отношений с НАТО своими геополитическими последствиям представляет несравненно большую опасность, чем ограничение отношений с Евросоюзом 3-го сентября.
