Внутриполитическая жизнь Армении, медленно, но возвращается на первый план процессов, откуда была вытеснена накануне 24-го Апреля. Но чем активнее внутриполитическая жизнь возвращается на первый план, тем очевиднее становится то, насколько далека так называемая внутриполитическая жизнь Армении от реальной жизни и проблем, которые существуют в Армении и вокруг нее.
Чем больше активируется внутриполитическая жизнь, тем яснее становится ее идеологическое, программное, концептуальное, и методологическое банкротство, неадекватность к проблемам, стоящим перед обществом и государством. Чем больше активируется внутриполитическая жизнь, тем яснее становится то, что эта жизнь всего лишь является зеркальным отражением жизни властей, погрязших в дворцовых интригах и заговорах, где кроме мелких «разборок» и ситуативного торга, нет других вопросов.
Об этом свидетельствует то, что глобальные события, вступившие в стадию быстро меняющихся противостояний вокруг Армении, происходят в условиях полной внутриполитической непричастности, когда очевидно, что эти события попросту относятся к Армении, к судьбе Армении, безопасности, независимости. Полная внутриполитическая непричастность к перспективам, связанным с армяно-американскими отношениями, с армяно-иранскими отношениями, с армяно-грузинскими отношениями. В условиях полной внутриполитической непричастности прошли мероприятия 100-летней годовщины Геноцида.
Наряду с единением, реалиями общенациональной гармонии на эмоциональном уровне, эта годовщина требовала от Армении также представления новых политических подходов международному сообществу.
Между тем, Армения в политическом плане осталась в статусе полноценного потребителя. Полная внутриполитическая непричастность и в отношении проблем, связанных с существующей реальностью и уже ощутимыми пореями в результате членства Армении в ЕАЭС.
Чем больше активизируется внутриполитическая жизнь в Армении, тем очевиднее становится то, что в Армении так называемая политическая жизнь отсутствует, и, по большому счету, отсутствует так называемая оппозиция, потому что относительно важных для судьбы государства внешних вопросов нет внутриполитических дискуссий, нет необходимых для общественного мнения концептуальных альтернатив. Безусловно, все это не может противопоставляться с подходами, критикой, оценками, связанными с внутренними социально-экономическими, коррупционными проблемами. Однако все это, по сути, становится внутриполитической бутафорией, если не дополнено позициями, обстоятельными подходами относительно сверхважных внешних проблем, если не является частью и продолжением этой цепи.
В конце концов, бесспорно и крайне заметно то, что эти существующие внутри Армении проблемы уже настолько углубились в результате порочной политики, что их решения уже невозможно рассмотреть вне внешнего контекста, невозможно рассмотреть без учета внешних слоев, особенно, когда процессы во внешних слоях обусловлены стремлениями к формированию новой системы международных взаимоотношений. Оппозиционная деятельность не может быть направлена только на внутренние вопросы, оставляя внешние вопросы «для лучших времен». Это самообман, это превращает в иллюзию существование оппозиции в стране.
Активизация внутриполитической жизни в Армении делает все более веским и ощутимым императив перехода от иллюзии к оппозиции. Оппозиции, которая будет иметь четкие позиции и оценки в равной степени и во внутренних, и во внешних вопросах, и будет представлять политику, в то же время представлять ее обществу полностью, этим взяв на себя также и полностью всю ответственность перед обществом. Иначе, внешние проблемы, наряду со своей фатальностью, для внутриполитического поля Армении станут всего лишь путем для избегания ответственности перед обществом.
