Собеседник Первого Информационного – эксперт по вопросам политических и избирательных технологий Армен Бадалян.
-Господин Бадалян, Гражданский договор провозгласил себя партией. Никол Пашинян в своем выступлении отметил, что для того, чтобы осуществить в стране изменения, прежде всего, нужно создать институциональную оппозицию. Могут ли они стать мобилизационной силой для общества, учитывая то, что за последние два года они в нашей реальности разворачивали гражданскую деятельность?
-Когда создается новая партия, не нужно играть со словами, типа институциональная оппозиция, конструктивная оппозиция и так далее. Вообще, оппозиция сама по себе уже является институтом, и когда создаешь оппозиционную партию, уже становишься институциональной структурой. Не нужно говорить, что в отличие от действующей оппозиции, мы являемся институциональной оппозицией. Такого понятия нет в политологии, это тоже игра со словами. Ты или оппозиция, или не оппозиция. Если ты не участвуешь в формировании исполнительной власти, или не заявляешь, что являешься сторонником исполнительной власти, значит, ты оппозиция, и слово «институциональный» здесь лишнее.
Что касается вероятности достижения успеха этой новой политической силы, то проблема здесь не в создании политической партии. В течение последних 25 лет я изучал все мало-мальски действующие или недействующие партии. В Министерстве юстиции зарегистрировано приблизительно 76 партий, и можно сказать, регистрируется очередная 77-ая партия, но что она в дальнейшем будет делать, это уже другой вопрос. Для создания партии нужны два фактора: первый – правовая часть вопроса, которая подразумевает определенную процедуру – документы, проведение съезда, выборы руководящих органов и так далее, то есть, делаешь то, что требуется по закону. Это очень легко сделать, но проблема в осуществлении деятельности, то есть, придание содержания партии, проблема содержания довольно сложная, и это не имеет отношения к созданию партии, потому что, когда ты создаешь партию, ты понимаешь, что должен защищать интересы определенной части общества, но проблема в обществе. Пока ты для себя не создал электорат из общества, тебе трудно будет, создавая партию, пытаться защищать какие-то интересы. Это не удается в Армении, потому что в Армении общество разделено на две части: одна часть, условно говоря, составляет 5 процентов, а другая часть – 95 процентов. Эти пять процентов – это активная часть, независимо от того, кого она защищает – оппозицию, или власть, делает активные анализы, участвует в выборах, становится членом комиссии и так далее. А остальная часть общества пассивная, в которой преобладают настроения относительно отчуждения от государства и эмиграции. Перед тем, как создать партию, ты должен посмотреть не на эти пять процентов, а на то, как сможешь активировать, сделать политически активной массой эти 95 процентов. Если ты можешь это сделать, тогда ты сможешь создать партию, и защищать интересы этой активной массы. Если ты этого не сделаешь, не создашь этот активный электорат, а сразу создашь партию, ты не добьешься успеха, и станешь очередной зарегистрированной в Министерстве юстиции партией, не более того.
-То есть, Гражданский договор пока не развернул такую деятельность?
-Нет, для разворачивания деятельности нужны огромные финансы. Нужна или поддержка Запада, или России, не государств, а действующих там партий, поддержка фондов, нужно иметь довольно активные средства массовой информации. Это очень сложная работа, довольно объемная и длительная. Возьмем, к примеру, Украину, в ноябре 2013 года начался Майдан, но до начала Майдана начиная с 8-го декабря 90-го года, когда Украина провозгласила свою независимость, до 2013 года проводилась работа. То есть, работа по формированию Майдана была проведена не в течение одной-двух лет, а в течение предшествующих этому 20 лет, было вложено 20 миллиардов долларов. Конечно, понятно, что Армения не Украина, и столько средств никто не потратит, но нужна довольно долгая работа и средства, чтобы достичь успеха.
-Что должен сделать Гражданский договор, чего не сделали предшественники? Гражданский договор заявляет, что говорит «нет» и ЕАЭС, и ЕС. Не получится ли так, что они избегают, не тупиковая ли эта внешняя политика?
-Любая политическая сила в Армении, хочешь, не хочешь, должна определиться – либо Армению видит в западном мире, но это не значит, что нужно быть против России или Ирана, а нужно быть частью цивилизованного мира, либо видит в русской цивилизации, где должна сотрудничать, чтобы достичь успеха. А если ты отклоняешь оба направления, то у общества Армении не хватит сил привести тебя к власти, между тем, цель партии заключается в том, чтобы прийти к власти. Для того чтобы прийти к власти, ты должен найти пути сотрудничества или с одним, или с другим. Азербайджан может не сотрудничать ни с Западом, ни с Россией, потому что имеет запасы нефти, и он может пытаться сотрудничать и с Россией, и с Западом, без вступления в их цивилизации. Смотрите, Грузия вступила в одну из этих цивилизаций, сколько сейчас составляет бюджет Грузии, и сколько составляет бюджет Армении, посмотрите, каково экономическое развитие Грузии, и каково экономическое развитие Армении, и так далее. То есть, если ты хочешь прийти к власти, хочешь, не хочешь, должен сделать выбор. Если не сделаешь выбор, станешь очередной 77-ой партией. В этом вся проблема. Выбор – это не только заявление, он подразумевает кропотливую работу. Кроме того, что ты являешься сторонником того, или иного направления, ты должен осуществить множество работ, то, что сделала Грузия, начиная с Саакашвили, и после него, и то, что сделала Украина, то, что сделал народ Молдовы, то есть, ты должен сформировать избирательную базу, а это зависит от твоего ориентационного направления.
-Никол Пашинян в своем выступлении отметил, что они не собираются долго оставаться оппозицией, они возьмут государственную власть, это не преждевременное заявление?
-Все оппозиционные силы говорят, что мы не собираемся оставаться долго оппозицией, что на этих выборах мы победим. Все оппозиционные силы делают подобные заявления.
-То есть, Гражданский договор еще должен представить обществу то, как представляет себе путь развития Армении, еще много ему предстоит дел во многих направлениях.
-Не предстоит много дел, а можно сказать, что еще ничего не сделал. Когда мы говорим, что предстоит еще много дел, то это значит, что уже что-то сделал, и сейчас должен продолжить, а он ничего не сделал. Одних только заявлений недостаточно, в течение 25 лет столько партий сделало столько заявлений, что уже не помню, кто, о чем в свое время заявлял. Проблема уже в действиях, а заявление – это уже агитационная часть твоей деятельности, то есть, если ты сделал что-то, заявляешь об этом, а если ничего не сделал, и заявляешь, что не хочешь, чтобы были монополии, недостаточно только говорить об этом, нужны действия. А осуществлять действия в Армении довольно трудно, учитывая состояние общества Армении.
