Собеседник Первого Информационного – руководитель Тбилисского центра европейских исследований, политолог Каха Гоголашвили.
— Господин Гоголашвили, Вы вернулись из Риги, где состоялся саммит Восточного партнерства ЕС. Как Вы считаете, закончился ли он достижениями для стран-членов Восточного партнерства?
— Конкретно по части Грузии скажу, что не думаю, что саммит дал что-то новое. Могу отметить, что саммит вновь подтвердил готовность к дальнейшему сотрудничеству со всеми 6 государствами-членами Восточного партнерства.
Что касается государств-членов по-отдельности, то можно констатировать то обстоятельство, что Армения и Беларусь выразились против той формулировки в заключительной декларации, что Крым был аннексирован со стороны России.
Те страны, которые не подписали Ассоциативное соглашение с ЕС, не могут ожидать свободного визового режима с ЕС, а вот Украина и Грузия в ближайшем будущем получат такую возможность. В любом случае, саммит подтвердил, что эти две страны в 2016 году, возможно, получат свободный визовый режим, у Молдовы, как вы знаете, уже есть.
— Да, главным ожиданием Грузии и Украины от Рижского саммита было именно получение свободного визового режима. Как Вы думаете, действительно ли в будущем это станет возможно?
— В 2016 году, да, думаю, можно будет. В декларации отмечалось, что Грузия и Украина зафиксировали довольно серьезный прогресс, в конце этого года будет еще одна стадия, и отмечалось, что все остальные вопросы Грузия и Украина смогут решить, и Еврокомиссия может дать положительное заключение в связи с предоставлением этим странам свободного визового режима. Я считаю, что это довольно положительное обстоятельство, что такая возможность наконец-то будет предоставлена Грузии и Украине.
— Вы упомянули обстоятельство несогласия с предварительным текстом заключительной декларации со стороны Армении и Беларуси, тем не менее, Евросоюз и Армения выразили готовность дать правовую формулировку сотрудничеству в ближайшем будущем. Как Вы оцениваете этот шаг члена Евразийского экономического союза – Армении?
— Армения, да, может. Именно в ходе этого саммита об этом было сказано. Найдутся такие грани сотрудничества, которые не будут противоречить обязательствам Армении в рамках Евразийского экономического союза.
Во всяком случае, есть вопросы, вокруг которых Евразийский экономический союз не ставит ограничений. Вопросы относительно торговли, да, могут стать препятствием, но есть множество других вопросов – права человека, образование и так далее. В плане международной безопасности я не думаю, что Армения может сотрудничать с Евросоюзом, во всяком случае, в этой сфере не может зайти дальше тех позиций, которые сейчас занимает. Грузия, Молдова и Украина уже участвуют в Европейских миротворческих программах, но Беларусь и Армения вряд ли смогут в плане безопасности стремиться к более тесному сотрудничеству с ЕС, позиции этих двух стран отличаются в международных вопросах.
— Господин Гоголашвили, как Вы считаете, само по себе Восточное партнерство в настоящее время является важным проектом для Евросоюза? Кажется, не всех членов ЕС он интересует, основные страны, сохраняющие программу – это Польша и страны Балтии.
— Польша и страны Балтии помогают странам-членам Восточного партнерства иметь более глубокое сотрудничество с Евросоюзом. Что касается проекта Восточное партнерство, то, во всяком случае, его существование поддерживают все страны-члены Евросоюза. В этом вопросе нет разногласий, просто есть различные мнения вокруг более глубокого сближения.
Добавлю также, что страны-члены Восточного партнерства будут сгруппированы. Грузия, Молдова и Украина, которых нет в других ограничивающих проектах, возможно, по-отдельности, в дополнительной группе будут сотрудничать, то есть, те три страны, которые подписали Ассоциативное соглашение с ЕС, будут в отдельном формате. Формат Восточного партнерства сохранится, но внутри будет отдельная группа.
