Собеседник Первого Информационного – руководитель Республиканской фракции Ваграм Багдасарян.
— Господин Багдасарян, в прошлое воскресенье в Арташате мэром был избран сын премьер-министра Овика Абраамяна. Назначая сыновей чиновников на должность мэра, губернатора, или на другие должности, власти ставят перед собой задачу обеспечения наследственности?
— Этот вопрос я неоднократно комментировал, независимо от того обстоятельства, чей сын, чей родственник был назначен на должность, если у этого человека есть способности и возможности, народ это оценит. Они не виноваты, что являются сыновьями чиновников. А в отношении Аргама Абраамяна есть серьезное уважение, которое население Арташата выразило посредством выборов. И не нужно так концентрироваться на том, чей это сын, или родственник.
— У него не было конкурентов, и до выборов уже был избран. То есть, у населения Арташата не было возможности выбора.
— Это тоже говорит об уважении в отношении него. Люди знают, что бессмысленно конкурировать, если все равно проиграют, потому у него достаточно высокий авторитет.
— А. Абраамян почти не жил в Арташате, в основном жил в Ереване. Как арташатцы могли знать и уважать его?
— По моим сведениям, он всегда поддерживал связь с городом, где он родился, и постоянно проводил там свободное время. Он не был безразличен к своему родному городу.
— Аргам Абраамян, кроме того, что является сыном Овика Абраамяна, какими еще достоинствами отличился?
— Своими интеллектуальными способностями. Нужно спросить у народа, почему он доверяет этому человеку, и голосует за него. Вы говорите о смене поколений, об омоложении. Это тоже признак смены поколения.
— Зятья Гагика Царукяна, сын Овика Абраамяна, зять Владимира Гаспаряна, шурин Тарона Маргаряна, и множество других людей сегодня занимают высокие должности.
— Из двух-трех тысяч избранных вы можете привести пять-шесть примеров, и все они являются гражданами РА, и если у людей есть разногласия, они могут не отдавать свои голоса. Вы не говорите об избирательном процессе, потому что он прошел нормально. Если мы обобщаем все это, из трех тысяч всего пять-шесть человек являются сыновьями чиновников. У них что, нет будущего?
— Есть, но в этом случае, у них не может быть конкурентов, поскольку у них есть административные рычаги и финансовые возможности.
— Я не думаю, что в Арташате применялись административные рычаги, или подобные явления. То же самое могу сказать также и в случае выборов в Алаверди и Абовяне. Мне кажется, что в избирательных процессах у нас довольно большой прогресс. Мне также кажется, что мы постепенно достигнем тех выборов, которые мы хотим.
— Но такое впечатление, что высокопоставленные чиновники посредством своих сыновей, зятьев, братьев или родственников хотят в дальнейшем оставаться в политике, и таким образом, сохранить свое влияние.
— Когда партия хочет вновь вступить в Национальное Собрание, или во власть, вы говорите, что хотите воспроизвестись. Эти дети, что должны сидеть дома, и наслаждаться жизнью, если их отцы чиновники? В конце концов, какой будет их судьба? Каждый молодой человек сегодня создает свою судьбу. Указанные вами лица сегодня создают свою судьбу этим путем, независимо от того обстоятельства, чьи они сыновья, или родственники. Я считаю нормальным, что есть воля и ответственность, потому что не так-то просто взять на себя ответственность за стольких людей. Напротив, вы должны приветствовать, что сын Овика Абраамяна не стремится к более спокойному делу, в стремится к трудностям и ответственности.
— Но, в конце концов, занимающие высокие должности сыновья, или зятья, этих чиновников особо не отличаются своей работой.
— Скажу, что указанные вами молодые люди, во всяком случае, в других сферах тоже не отличались, чтобы бросать тень на эти семьи. Как могут эти молодые люди отличиться в таком возрасте? За это время не было войны, чтобы они участвовали, и стали героями, какие нововведения они могут сделать в таком возрасте? Они занимаются наукой, являются кандидатами наук. Люди нормально работают и живут. Снова повторяю, это тяжелый груз, который они возлагают на себя.
