Собеседник Первого Информационного – культурный антрополог Агаси Тадевосян.
— Как Вы оцениваете то, что происходит в последние дни? Борьба с подорожанием электроэнергии, фактически, идет без лидера, и заставляет властей считаться с ней, хотя многие критиковали то обстоятельство, что нет плана действий и так далее.
— Движение началось очень естественно. Стоимость электроэнергии повышалась, общество должно было найти в себе силу, чтобы выразиться против этого. К счастью, у нас была такая сила. У нас есть молодое поколение, которое не потерпит такую несправедливость.
Что касается того, что у движения нет лидера, то оно носит гражданский характер, это инициатива борьбы, к ним присоединилась молодежь, и они вместе организовали сопротивление. Нужен ли сейчас лидер, нужен ли план действий? Они не ставили больших стратегических задач перед собой, чтобы говорить о программе действий. Их задача очень простая – стоять там до тех пор, пока подорожание электроэнергии будет аннулировано. Здесь нет проблемы лидера, попытаются разогнать, соберется еще больше людей, то есть, здесь каждый является своим лидером. Такое сопротивление не нуждается в лидере, которого могут задержать, вести с ним переговоры и сломить движение. В этом случае не знают, конкретно кого нужно взять под прицел, поскольку собравшиеся там люди сами себе лидеры, и если хотят задушить это движение, то нужно взять под прицел всех. В противном случае, после задержания 500 человек, там появится более 100 тысяч человек. Достаточно возникновения малейшей эмоциональной ситуации, и число людей на эмоциональной почве возрастет. Так что, здесь задача властей не столь простая, хотя я считаю, что принципиально возникшая ситуация в каком-то смысле выгодна также нашим властям. Мне кажется, что у движения будет хорошее будущее, а сила движения в отсутствии лидера.
— Российская пропаганда ереванские акции протеста представляла цветной революцией, организованной Западом, и попыткой Майдана. Чем обусловлен такой подход, почему русские углубляют антироссийские настроения в Армении?
— Мне кажется, русские этим пытаются подстраховать самих себя. Российская пропаганда не однотипная, она имеет различные слои. Мы реагирует сильнее на те слои, которые пытаются жестким способом идентифицировать этот армянский процесс с Майданом, что нам не нравится. И не нравится то, что Майдан в контексте российской пропаганды воспринимается, как провоцируемое извне движение, и нам не нравится, что российские материалы такого рода, или эксперты пытаются увидеть во всем экспансионистские следы Запада. На самом деле, для всех ясно, что ничего такого нет. Почему так поступают, могу только предположить, что русские себя подстраховывают, чтобы вмешаться во время возможных событий, и, так сказать, создают для себя почву. Вообще, подобные реакции внешних сил на такие движения я считаю естественными, потому что не только русские так реагируют, Запад тоже реагирует. Конечно, Запад не действует такими простыми топорными методами, не пытается рассмотреть здесь Майдан, а только комментирует. Думаю, это тоже дало повод российской стороне для осторожности, и этим они пытаются подстраховать себя, свою возможность осуществления шагов в случае возможных отрицательных шагов. Думаю, это основная причина.
— Какова особенность этого движения?
— У этого движения нет особенностей. Это, по-моему, просто продолжение движения нового поколения, которое началось в 2008-2009 годах с гражданских инициатив, направленных против сквера Маштоца, потом подорожания тарифа на проезд. Это проявление из этой серии. Просто постоянно меняются лица, появляются новые лица, и это естественно, потому что поколение растет, и эти новые лица из подрастающего поколения, и это очень радует. Почему говорю, что это гражданские движения нового поколения, потому что их не только можно буквально называть гражданскими, они, по своей сути гражданские, несмотря на то, что в акциях протеста участвуют не только люди, имеющие гражданское поведение, но и здесь можно увидеть также и людей, имеющих националистические взгляды, кроме того, их всех объединяет одно общее мышление, все чувствуют себя гражданами РА, и в этих акциях протеста они участвуют в первую очередь, как граждане РА. Это характеристика движения, которую в каком-то смысле можно считать особенностью движения.
— Будут ли отныне власти, видя такую мобилизацию общества, при принятии решений помнить обстоятельство того, что общество может быть смирительной рубашкой?
— Не думаю, потому что эти власти по своему характеру не способны меняться, или реформироваться, их попросту нужно вырвать в корне. Но, естественно, эти движения пока не могут решить эту проблему, но эти движения являются генерирующими силами, которые могут со временем повести к решению этой проблемы, когда гражданский сектор общества возрастет, и достигнет критического числа, то процессы в Армении изменятся. Власти такого типа, которые являются клановыми коррумпированными властями, по сути, довели Армению до кризиса, и не могут управлять. В данный момент, по сути, в Армении возникла ситуация безвластия, потому что власти не могут решить социальную проблему, возникшую в РА со стороны частной компании, что, по сути, является интервенцией особенно в отношении социально необеспеченных слоев, если учесть, что только по официальной статистике в Армении 32-процентная бедность. Поэтому такая политика является интервенцией в отношении безопасности страны. И если наши власти настолько слабы, что не могут сделать шагов против какого-то второсортного руководителя частной компании, и устремив свой взгляд на Кремль, ждут, какие приказы поступят оттуда, это означает, что в Армении на данный момент фактически ситуация безвластия, и силы, находящиеся во власти, искусственным образом удерживают власть, благодаря поддержке внешних сил. Такая ситуация крайне опасна для нашего общества, но общество пока не готово сменить власть такого качества, и в Армении создать власть нового качества. Думаю, эти процессы могут сыграть очень положительную роль в ближайшие годы, чтобы генерировать граждан, имеющих систему ценностей, которые также во время процессов воспроизводства властей, особенно во время импичмента, проявят абсолютно другое поведение, особенно могут контролировать избирательные участки, и не допустить фальсификаций и воспроизводства клановой группировки власти. Это задача времени, и она может привести к положительным результатам. Но это чисто оптимистичный взгляд на проблему, и я не хочу утверждать, что такие прогнозы обязательно могут осуществиться, но тогда у нас будут патриотичные власти, а этих властей я характеризую непатриотичными, разрушающими, разлагающими государство властями, и общество вышло на борьбу с таким качеством властей, чтобы защитить себя. И я буду очень рад, если общественный сектор такого качества будет расти. Процессы такого типа будут генерироваться, и приведут к новому политическому качеству и качественным изменениям в нашей стране.
