28-го июня, когда ситуация на улице Баграмяна была крайне напряженной, и каждую минуту могла произойти какая-либо провокация, приводящая к насилию, к обществу с заявлением обратился премьер-министр Овик Абраамян, пытаясь «проанализировать» сложившуюся ситуацию, найти провокаторов, призывать к конституционным рамкам, и хвалить тех молодых людей, которые перешли с проспекта Баграмяна на Площадь Свободы. Это заявление Овика Абраамяна было неожиданным, поскольку в тот период общество могло ожидать всего, кроме заявления Овика Абраамяна.
Проблема в том, что вместо подобных заявлений Овик Абраамян, наверно, должен был заниматься решением экономических проблем в стране. Если бы правительство Овика Абраамяна занималось этими проблемами, то в Республике Армения число недовольных граждан уменьшилось бы, снизилась бы социальная напряженность, что в свою очередь снизило бы все опасности, исходящие из этой напряженности. Если на каком-нибудь многолюдном митинге появляются провокаторы, преследующие задние мысли, на которых указал Овик Абраамян, то, во-первых, нужно назвать поименно этих людей, указав четко, кем являются эти люди, что провоцируют, как провоцируют. Потому что члены общества не являются крупными специалистами в области провокаций, чтобы отличить провокацию от логического и закономерного развития событий, которое может иметь любое проявление, когда власти предъявляют ультиматумы недовольным, вполне обоснованно недовольным гражданам. В то же время, граждане не обязаны иметь те же представления о провокациях, какие имеет Овик Абраамян.
То же самое относится и к полиции, которая тоже утверждала, что есть провокаторы, смутьяны, требуя от общества устранить этих людей. Если есть об этом четкие сведения и незаконные действия, и если у Овика Абраамяна и у полиции нет задних мыслей превратить это в обоснование для применения силы в отношении общества, то должны говорить четко, поименно указывая на провокаторов и их действия. Если они знают об этом, то должны знать также и людей, стоящих за этими провокациями, которые, возможно, не находятся на улице Баграмяна. Иначе, власти в этом плане проявляют крайнюю неадекватность, постоянно противопоставляя какому-либо общественному протесту «идею» провокации.
На самом деле самым большим провокатором являются именно власти и правящая система, которая своей, мягко говоря, неэффективной политикой «провоцирует» общество на различные протесты и проявления недовольства. В конечном счете, если бы власти вместо неэффективной политики занимались поиском эффективных решений стоящих перед страной экономических и правовых проблем, то, если даже и армии провокаторов приедут в Армению, никто из них не сможет добиться успеха. Потому что граждане, увидев эффективную деятельность правительства, не подвергнутся провокации, а сами, в первую очередь предотвратят любую провокацию, чтобы правительству ничего не мешало решить важные для общества и государства проблемы.
Это простые реалии, которые власти Армении пытаются исказить примитивными подходами, которые повторяются уже несколько десятилетий. Вследствие этих примитивных подходов в Армении проблемы все больше и больше накапливаются, и сегодня находится под риском, по сути, являющаяся кровеносной системой Армении энергетика. Это именно тот результат, когда власти, правительство, вместо того, чтобы искать решения, ищут провокаторов для искажения обоснованных протестов и недовольства граждан. Это фундаментальная проблема, это не вопрос ситуации, это не вопрос неправильной ориентировки властей в ситуации. Это вопрос неэффективности глобального управления, который относится ко всем сферам государственной жизнедеятельности.
Сегодня энергетика оказалась на пороге коллапса, и заставила общество выйти на улицу, завтра на этом пороге окажется другая важная сфера, и вновь получившее удар общество выйдет на улицу. И вновь власти предложат обществу не фундаментальные решения, которые включают действительно объемные системные механизмы, а начнут искать провокаторов в том же духе, по той же логике, с тем же лицом. Адекватные власти вместо того, чтобы искать провокаторов в обществе, должны сами заботиться об обществе, и делать обществу предложение, но практическое предложение присоединиться к властям, и помочь им решить системные проблемы. Эти проблемы, конечно, достаточно сложные, включают тонкие политические аспекты, в конце концов, здесь мы имеем дело не только с армянской системой, но и с большой российской коррупцией, которая своими нитями связана, естественно, с российскими кругами власти.
Здесь сложная политико-экономическая и даже геополитическая паутина, из которой Армению может вывести только общество. И общество сознательно, произвольно, инстинктивно, или подсознательно приступило к самосохранению Армении. Вместо того, чтобы присоединиться к этому здоровому органичному процессу самосохранения, власти Армении включили режим своего системного самосохранения, и премьер-министр страны в тяжелый и напряженный момент выступает не с каким-нибудь конкретным экономическим системным предложением, направленным обществу, с призывом если и не осуществить, то хотя бы вместе обсудить это предложение, а говорит о провокаторах. Это проявление мышления, представлений, которое свидетельствует о том, насколько нежизнеспособны власти Армении перед существующими внутренними и внешними вызовами.
На протяжении двух десятилетий эти власти не нашли какой-либо новый механизм отношений с обществом, кроме применения силы и примитивных манипуляций. Хотя здесь, конечно, есть проблема с той точки зрения, что одной из причин является именно общество, потому что властям всегда удавалось решать вопросы с помощью силы или подобных примитивных манипуляций, или сопоставлением обоих. Если общество не допустит того, чтобы подлобным образом решались проблемы, то власти будут вынуждены идти по пути адекватных подходов. А также с этой точки зрения пока что отличается это движение, общество, кажется, пытается показать, что в этот раз сила или манипуляции могут не пройти, и власти могут решить проблему только с помощью конкретных предложений. Проблема в том, кто будет более последовательным – власти, выдвигая свои старые подходы, или общество, выдвигая новые подходы.
