Собеседник Первого Информационного – эксперт по политическим и избирательным технологиям Армен Бадалян.
— Господин Бадалян, на днях члены комиссии по конституционным изменениям вместе с экспертами Венецианской комиссии обсудили главы новой Конституции. Член комиссии по конституционным изменениям, декан юридического факультета ЕГУ Гагик Казинян в беседе с нами отметил, что председатель НС и премьер-министр по новой Конституции более двух раз могут занимать эти должности. Какие новые проблемы это влечет за собой, и какие опасения есть по этому поводу?
— Во-первых, в парламентской системе управления естественно, правят партии, и вполне нормально, когда руководитель победившей партии формирует правительство. В Германии парламентская система управления, и посмотрите, сколько времени руководил Гельмут Коль, или сколько уже руководит Ангела Меркель. Что касается Армении, здесь вопрос конституционных изменений можно рассматривать в нескольких аспектах. Во-первых, техническая сторона проведения референдума не проблема для властей, потому что в стране большая часть населения бедная, и как показывают результаты последних выборов, или точнее, считающихся таковыми мероприятий, всегда малообеспеченная часть населения голосует за деньги, а эта масса составляет очень большой процент, что не мешает властям раздавать соответствующую сумму, и провести любой вариант Конституции. Таких избирателей не интересует, какую систему предусматривает Конституция – парламентскую, или президентскую. Им раздают деньги, и говорят, что нужно голосовать в пользу «да», и они пойдут, так и проголосуют.
Во-вторых, конечно, кроме правовых, содержательных обсуждений Конституции, что не имеет смысла, есть также и другая проблема. Она заключается в том, что в 2018 году действующий президент не может выдвигаться в третий раз, и, естественно, вопрос его воспроизводства достаточно усложняется. Естественно, если Конституция изменится, и в стране будет парламентское управление, действующий президент, возглавляя список РПА, может во время этого избирательного мероприятия достичь «успеха», и стать как председателем НС, так и премьер-министром. Если президент говорит, что не собирается стать премьер-министром в условиях парламентской системы управления, не стоит забывать, что действующий президент заявлял, что в Турцию поедет только тогда, когда граница будет открыта, но он поехал в Турцию, а граница так и не открылась, и неизвестно, когда откроется. Действующий президент заявил, что начинает строительство армяно-иранской железной дороги, или строительство новой атомной станции, но ни то, ни другое не было построено. Не говоря уже о том, что в течение 2,5 лет он вел переговоры с европейцами, но в конце заключил договор о членстве с ЕАЭС. Так что, заявление о том, что действующий президент не собирается стать премьер-министром, может не соответствовать действительности, потому что он спокойно может стать премьер-министром, или председателем НС, причем, много раз. С этим нет никаких проблем. Но проблема в другом, в том, что после 3-го сентября роль России в процессе формирования власти в Армении сильно возросла. Конечно, такую роль играет также и Запад, но роль России достаточно сильна, и независимо от того, к какой системе управления мы перейдем, девствующий президент для продления своей власти, в должности председателя НС, или премьер-министра, все равно должен получить «добро» от России. То есть, Конституция является только правовой стороной для продления власти, но для политической стороны, даже в случае измененной Конституции, нужно иметь «добро» от России, а также в некоторой степени, и согласие Запада, потому что не будем забывать, что у Армении внешний долг в 5 млрд долларов, большую часть которого предоставил Запад. Запад очень спокойно эти долги может превратить в политический капитал. Так что, нет никаких проблем для осуществления изменений, если получит «добро» от обеих сторон.
Здесь есть еще одна проблема – Вы знаете, что в Армении многие против конституционных изменений, и очень важно кого эти силы видят в должности президента в 2018 году, и имеет ли их кандидат «добро» от России или Запада.
Это главные вопросы, которые не решены. А что касается Конституции, никто не будет читать ее, потому что действующая сегодня Конституция полностью позволяет властям установить в Армении демократический порядок, потому что в Конституции не написано, что должны быть экономические монополии, что суды должны превратиться в офисы по реализации программ при прокуратуре, и только должны провозглашать решения прокуратуры, и так далее. То есть, Конституция и реальная жизнь не имеют отношения друг к другу, следовательно, изменение Конституции не для демократии, а для решения проблемы формирования политической власти.
— В конституционных изменениях больше всего обсуждается вопрос относительно того, кто будет Верховным главнокомандующим в случае перехода к парламентской системе управления. На Ваш взгляд, не нужно ли в этот вопрос внести уточнения, и какими они могут быть.
— Это не такая уж большая проблема, потому что, если взять Советский Союз, то, если помните, в то время Верховным главнокомандующим считался Леонид Ильич Брежнев, который был генеральным секретарем ЦК КПСС, и одновременно председателем Президиума верховного совета. А Верховный главнокомандующий должен быть, и понятно, ситуация в Армении такова, что нельзя допустить того, чтобы проблема безопасности вышла из-под контроля. Естественно, Верховный главнокомандующий всегда должен быть на своем месте, и осуществлять свои функции. А как решит комиссия по конституционным изменениям, не столь важно. Верховное главнокомандование в мирных условиях может взять на себя и председатель НС, и премьер-министр, и все правительство, это технический вопрос.
— То есть, получается, что единственной целью конституционных изменений было продление власти Сержа Саргсяна?
— Других причин попросту не может быть. Всем известно, что сегодняшняя Конституция не действует, в ней написано, что выборы не должны фальсифицироваться, но фальсифицируются, написано, что судебно-правовая система независимая, и при принятии решений не должна зависеть от исполнительной власти, но мы все знаем, что очень даже зависит. А какие гарантии, что новая Конституция будет действовать? Здесь самое главное не воспроизводство власти, а вопрос воспроизводства одного конкретного человека, потому что конкретно действующему президенту действующая Конституция не позволяет в 2018 г. выдвигаться на пост президента в третий раз, и сохранить свою власть. А если у действующего президента не будет административной должности, которому будут подчиняться силовые структуры, только его нахождение в должности руководителя РПА через очень короткое время потеряет свою ценность. Если, предположить, что в условиях парламентской системы управления другие люди станут председателем НС, и премьер-министром, а действующий сегодня президент останется только председателем РПА, и у РПА не будет даже большинства в парламенте, все равно, действующий президент через очень короткое время фактически лишится власти, потому что если даже его самый близкие однопартийцы станут премьер-министром и председателем НС, то они через короткое время увидят, что могут руководить без председателя правящей партии. Поэтому сущность системы управления Армении заключается в том, что если кто-то хочет сохранить свою власть, он обязательно должен иметь какую-либо административную должность, либо председателя НС, либо премьер-министра.
То есть, изменение Конституции решается только вопрос действующего президента. Конечно, там есть определенные проблемы, потому что в любом случае, выборы будут фальсифицированы, естественно, у общества больше нет той силы, чтобы сопротивляться этому, из чего следует, что действующая власть в будущем парламенте во главе с председателем РПА может получить большинство, и продолжить свою власть.
Здесь единственная проблема в том, что должно быть согласие внешнеполитических центров в вопросе продления власти. Но, скажем, может быть так, что в последний момент Москва скажет, что нет, в должности председателя НС я хочу видеть этого человека, а в должности премьер-министра – того человека. Поэтому нужно в первую очередь решить вопрос с этими центрами, и потом осуществить конституционные изменения, что является технической стороной проблемы.
— Но эти власти всегда показывали Москве свою преданность, и в этом смысле, не однозначна ли позиция Москвы?
— На данный момент, неоднозначна, потому что пока не известно, как на самом деле относится к действующему президенту РА руководство России. Оно очень спокойно может потерпеть действующего президента до 2018 года, а потом представить свои условия. Возможно, внешне кажется, что президент РА сделал все возможное для того, чтобы угодить России, но, возможно, Кремль считает по-другому. Москва может согласиться с продлением власти действующего президента, может и не согласиться, мы это не можем сейчас сказать, это покажет будущее.
